Роман - "Молодой дракон" - Введение:

Вы когда-нибудь видели сны? А сны, в которых Вы в полёте?

Когда я был маленьким, моя мама говорила, что, если ты летаешь во снах, значит растёшь.Когда тебе уже за 20ть, сложно расти, но я всё равно летаю в своих снах. Я, наверное, никогда не смогу описать те чувства, которые возникают где-то внутри меня, когда ноги отрываются от земли и тело пулей взлетает к облакам.

Свист ветра в ушах не замечаешь, тебя охватывают волны возбуждения, которые только подпитывают твое стремление вверх. И вот они облака, такие нежные и теплые, ты словно опять погружается в утробу матери, когда что-то теплое и нежное окутывает тебя с ног до головы и ты подтягиваешь свои колени к подбородку и вновь слышишь внутри себя тот успокаивающий голос матери, те первые звуки, которые ты смог осознать.

Медленное и теплое нужно сменить чем-то свежим и быстрым, и ты расправляешь руки и с головой ныряешь вниз. Скорость нарастает, сердце вот-вот выпрыгнет наружу, маленький незаметный ручеёк начинает превращаться в реку. Разум кричит, что пора остановится, а чувства рвут тебя вниз и почти на грани едва касаясь кончиков листвы твое тело вновь взмывает вверх.

Когда я был маленьким, во сне был только полёт, а сейчас, сейчас в полёте я чувствую себя другим. В этот момент мое второе я рвётся из моей груди. Сколько я себя помню, я скрываю это своё я. Сначала было страшно, потом было странно, потом мне не хотелось казаться чокнутым, а теперь, теперь мне кажется, что мне просто наплевать на то, что думают об мне другие.

Мои ноги опустились на холодную мокрую траву небольшого холма, этот холм рядом с огромным городом, окружённый высокими стенами, с высоким шпилем уходящим высоко в небо, я вижу во снах последние несколько месяцев, возвращаясь сюда, я хочу найти ключ. Я не знаю, что за ключ, просто ключ, возможно это, что старомодное с толстой ручкой, а возможно это должно быть что-то метафорическое, главное — это поиск. И к этому поиску я возвращаюсь вновь и вновь. Я не знаю, что я ищу и где это искать, но каждый раз, когда я возвращаюсь на этот холм и смотрю на звёздное небо, мне кажется, что что-то существенное ускользает и именно поэтому я не могу найти то, что ищу.

Ну всё, пора назад, пора возвращаться к обычной жизни. скоро будет трезвонить будильник на телефоне. Встаю, мои ноги отрываются от земли, и я возвращаюсь назад, туда, откуда я начал свой сегодняшний полёт.

Глава 1 - Начало начала

Все самые необычные истории обычно начинаются с самого обычного дня. Наша история начинается с такого же обычного утра обычного дня обычного мая.Денис наконец-то открыл глаза после того, как будильник в очередной раз напомнил о необходимости вставать. Сон медленно таял, и картинка уже практически растворилась, но ощущения все еще ярко растекались по телу. Быстро откинув одеяло, Денис сел на край кровати, бросил быстрый взгляд на телефон, цифры часов отчаянно пытались ускорить режим принятия решений в его голове.Душ, кофе, выбор галстука и 20 минут стремительных перемещений по квартире и вот Денис уже переступает порог офиса в попытке не опоздать на рабочее место под пристальным взором своих коллег по несчастью. Привычным движением мышки, Денис закончил проверку почты и стандартный набор приветствий в корпоративном чате, после чего встал из-за стола и решительно отправился в сторону кофейни, которая у них была на первом этаже. Вы наверняка знаете такие уголки с кофемашиной и баристой, которые есть почти в каждом офисном бизнес-центре. Сегодня Денису отчаянно не хватало кофеина и организм срочно требовал добавки, понимая, что сопротивление бесполезно, Денис подчинился требованиям.

— Привет, Миш, мне, как всегда. Стандартный латте с карамельным сиропом, без корицы и сахара.

— Да, конечно, сейчас сделаем. Как утро?

— Ничего особенного, как обычно.

— Сегодня необычно тепло на улице, правда?!.

— Да, действительно тепло, я даже думаю, что зря одел такую тёплую куртку.

— Держи кофе, манжету или подставку дать?

— Нет, подставки, пожалуй, не надо, я тут выпью.

Денис забрал свой кофе и облокотился на стойку кафе. За окном спешил поток людей, было ещё рано и поток пока лился плотной змеёй растекаясь по близлежащим бизнес-центрам. Разглядывая людей, Денис обратил внимание на девушку, которая стояла на краю тротуара, ничего особенного в ней не было, совершенно обычная девушка, возможно симпатичная, но лица не разглядеть, но одета она была слишком легко для даже того необычно теплого утра.

— Черт, Денис выругался, засмотревшись, он пролил на себя кофе. Пришлось срочно идти в туалет, чтобы привести себя в порядок.

— Галстук придётся снять, подумал Денис, осматривая себя в зеркале туалета, черт, он совсем новый, придётся отдать в чистку, будет жалко такой выкидывать.

Нужно сказать, что галстук тот единственный элемент гардероба, к которому Денис относился с особым трепетом, регулярно пополняя свой гардероб очередной обновкой.Денис вернулся на рабочее место, день не собирался двигаться, а стрелки часов как будто решили застыть на месте. Звякнул компьютер, пришло новое письмо с пометкой важно. Нужно проверить, что там такого важного, подумал Денис и погрузился в работу.

— Денис, ты идёшь на обед?Из раздумий его выдернула коллега, Денис оторвал голову от компьютера и посмотрел на часы. Стрелки показывали начало первого, в желудке заурчало, кроме кофе в нем ещё ничего сегодня не было.

— Ты знаешь я сегодня пойду попозже, хочу закончить то, что начал, идите без меня.

— Жаль, я хотела поболтать.

— Извини, мне правда нужно.

— Ладно, как хочешь.Денису, конечно, нужно было закончить, но это было не обязательно, есть хотелось, а пообедать он хотел сегодня один. Помедлив какое-то время, он встал из-за стола и направился в небольшой ресторанчик через квартал. В этом районе он работал уже два года и знал все обеденные заведения в округе. Ресторанчик, куда он пошёл, был его любимым заведением.Стандартный бизнес-ланч, ещё один кофе, Денис посмотрел в окно. Ему нравилось после обеда смотреть в окно и разглядывать прохожих, которые проходили мимо окна ресторана. Стоп, это опять она? Он посмотрел через окно на девушку, которую уже, кажется, видел утром, мотнул головой, девушка не исчезла.Была не была, чем черт не шутит. Он вышел из кафе.Очень странно, он потерял девушку из вида всего на несколько секунд, но на том месте, где он ее видел, ее больше никого не было. Видно, не судьба, решил он и направился в сторону офиса, но окружным длинным путём, сначала маленькими переулками квартала, потом на набережную. Сегодня было тепло, и погода очень располагала к небольшой неспешной послеобеденной прогулке.Денис вышел на набережную, возвращаться в офис не хотелось и он облокотился на парапет набережной.

— Сегодня хороший день, услышал он голос рядом с собой.

— Э..., Денис попытался ответить, но слова застряли где-то внутри.

— А ты я смотрю болтун.Рядом с Денисом стояла та самая девушка, которую он заметил еще с утра. Она была действительно симпатичной, невысокая, стройная, длинные волнистые волосы и пронзительные зеленые глаза.

— Познакомимся или ты предпочитаешь помолчать? Я в целом не против, но безголосый собеседник то ещё удовольствие, сказала она и улыбнулась

— Я, меня зовут, я, черт, Денис, наконец-то смог он выдавить из себя.

— Черт Денис? Забавное имя.

— Нет, просто Денис.

— Диана, приятно познакомится, Просто Денис, она опять улыбнулась и протянула ему открытую ладонь.

Дурацкое какое знакомство получилось, подумал про себя Денис. Это первый раз, когда вот так просто с ним на улице знакомится молодая девушка, обычно все должно быть наоборот. Обычное утро перестаёт быть обычным.

— Может немного пройдёмся, не хочется тут стоять, сказала Диана.

— Ты уверена?Но Диана его уже не слушала, она взяла его под руку и настойчиво потянула в сторону. Они шли вдоль набережной, а Диана все ускоряла шаг.

— Ты куда-то торопишься? Спросил ее Денис

— Не то, чтобы я тороплюсь, но стоять на открытом месте не очень хочется. Может зайдём в это кафе и возьмём по чашке кофе?Но услышать ответ Дениса у неё не получилось, она замерла на секунду, а потом рванула Дениса в ближайший переулок.

— Стой, что происходит?

— Я не могу сейчас объяснять, мы срочно должны…

— Да, стой ты, Денис дернул руку и прервал ее слова, начиная злиться, я понимаю, что, парни, наверное, перед тобой в штабель укладываются, но я, он грубо отстранился.

— Денис, сейчас правда не время, начала было Диана.Она не успела закончить фразу, в переулке появилась фигура молодого человека в чёрном плаще и темных очках. В его руках был пистолет, который был направлен на них.

— Тебе надо было послушать девушку, сказал он с ухмылкой.

Все дальнейшее Денис не успел разглядеть, девушка взмыла в воздух, два коротких хлопка, хруст чего-то ломающегося и вот она уже стоит над парнем, который лежал на земле, быстро склонилась над ним, она извлекла откуда-то телефон, забрала пистолет, затем решительно подошла к Денису, взяла его за руку и потянула его за собой. И вот они уже быстро бегут по переулкам.Мысли в голове ещё путались, Денис лихорадочно пытался сообразить, что вообще происходит. Пока он над этим думал, его грубо впихнули на сиденье автомобиля, Диана села за руль и через несколько минут они уже мчали из центра лавируя в потоке.

— Диана, ты можешь мне объяснить, что происходит?

— Вот заладил, что происходит, что происходит, сказала же, некогда объяснять, надо убраться, все объяснения потом.

— Но я так не могу, я обычный человек, я живу обычной жизнью, а то, что вокруг происходит как сюжет боевика.

— Ну возможно я тайный агент, она бросила на него быстрый лукавый взгляд.

— У меня сейчас такое ощущение, что мы едем ко мне, сказал вдруг Денис, когда перестал пытаться оценить происходящее и посмотрел по сторонам.

— Да, ты прав. Мы едем к тебе. Нужно тебя собрать. Не везти же тебя в единственной рубашке.

— Куда везти? Пробормотал Денис

Проблески сознания опять затмила лихорадка, происходящих вокруг событий, а автомобиль уже поворачивал в его двор. Диана остановила машину у подъезда. И они быстро поднялись в квартиру.

— У тебя есть небольшой чемодан, который можно брать в салон?

— Да, есть, промямлил Денис.

— Бери чемодан, возьми запас вещей на неделю, все вопросы потом, когда мы сможем выехать из города. Взгляд Дианы не оставлял сомнений или возражений.

Денис на автомате прошёл в комнату, открыл шкаф. Его сознание вернулось, когда он клал свитер в чемодан.

— Какого, черта, я все это делаю, вслух выругался Денис. Я не куда не поеду, и ты должна уйти, сказал он твёрдо Диане.

— Ты не понимаешь, что происходит, я обещаю, что все расскажу.

— Нет, уходи.

— Денис!

— Нет, я сказал, Вон!

Его голос звенел и был натянут как стрела.Денис взял Диану за локоть и вытянул за дверь. Закрыв дверь, он вернулся в комнату, внутри все колотилось, он сел на кровать, рядом лежал раскрытый чемодан. Денис решительно встал и направился в душ, надо было привести мысли в порядок и вернуться в офис. Хорошо, если его долгое отсутствие не заметят, промелькнуло в его сознании.В дверь позвонили. Он подошёл к двери и, набрав воздуха в грудь, отрыл дверь. Он хотел сказать Диане чтобы она уходила и не возвращалась, но ему это не удалось. Последнее что он смог увидеть за открытой дверью это чей-то кулак, который летел на него. Сознание выключилось.Вспышка прожгла сознание, Денис очнулся и попытался открыть глаза. Голова раскалывалась. Первая мысль, которая возникла в голове, что все был просто дурацкий сон. А боль? Может упал с кровати? Но он сидел. Денис попытался встать, но ему это не удалось, его руки явно были прикованы к чему-то. Денис попытался открыть глаза, картинка остепенено прояснялась и вместо непонятного силуэта он наконец-то смог разглядеть человека. Это был мужчина средних лет, в строгом чёрном костюме и чёрной рубашке.

— Где я, что происходит?

— Я думал, что ты не скоро очухаешься, я уже даже начал сомневаться не провела ли нас твоя подружка.

— Какая подружка? Я живу один.

— Да, верно, живешь ты один, но был то ты сегодня с подружкой, ухмыльнулся мужчина и продолжил.

— Ты знаешь, у нас сегодня нет времени на игры, мы возможно нашли то, что искали и возможно ты тот, кто нам нужен. Очень скоро мы это выясним. А сейчас приходи в себя, ждать осталось не долго, с этими словами мужчина вышел.

Денис попытался осмотреться, глаза ещё не привыкли к свету, а голова отчаянно болела. Он сидел посредине комнаты на стуле, который явно был привинчен к полу. Комната была странной, слишком спартанское убранство говорило о том, что для жизни ей явно не пользовались. Белые стены, окно, стол у окна, стул, стоящий посредине напротив того же окна и все, больше ничего в комнате не было.Он посмотрел в окно, видимо уже начинается вечер. За окном было странное здание кирпичное с резными деревянными ставнями. Где-то он уже видел это окно. Денис закрыл глаза. Точно, я видел это окно, сегодня, когда стоял на набережной. Значит его привезли в тот же самый район, где находится офис. Почему?Закончить цепь размышлений ему не дали. Дверь открылась, в неё вошли четверо, один был тот самый мужчина, которого он уже видел. Двое были прямо как морпехи из боевиков с оружием, в камуфляже, им только касок не хватает до полной картинки. Четвёртый был самый необычный из всей четвёрки, маленького роста, полный, уже практически седой и странными старинными очками, кажется такие называют пенсне.Коротышка суетливо вбежал в комнату, держа в руках маленький чёрный чемоданчик. Он положил чемоданчик на стол и раскрыл его. Внутри лежал небольшой стеклянный шар.

— Молодой человек, в процедуре нет ничего сложного и страшного. Все что вам нужно это просто взять в руки шар, можете не переживать вы его не разобьете. С этими словами мужичок вынул шар из чемоданчика и подошёл к Денису.

— Ну же, возьмите его, не робейте.

— Я не могу, мне это несколько не сподручно, попытался криво пошутить Денис.

— Ах, да, Седрик, не могли бы вы?

Седриком оказался тот самый мужчина, которого Денис увидел первым. Тот с ухмылкой подошёл сзади, наручники коротко звякнули и Денис смог вытянуть руки

— Только давай без фокусов, парень. Как ты понимаешь, шутить мы не особо расположены, сказал Седрик и отошёл от стула.

Денис понимал, что все что уже могло произойти уже произошло, вряд ли будущее станет хуже, но это будущее, как раз все ещё было скрыто от него. Что ж, была не была, Денис взял в руки шар.

На короткое мгновение шар стал холодным, после чего начал теплеть и перестал быть прозрачным. Белая пелена внутри шара стала постепенно окрашиваться в кроваво-красный, а шар все сильнее нагревался. Прошло ещё несколько секунд, шар вдруг стал снова прозрачным, а внутри появился небольшой кроваво-красный дракончик.

— Свершилось! Седрик! Мы нашли его!

— Спокойствие мастер, сначала мы должны отвезти его семье. Пока у нас только свидетельство шара, ему ещё нужно пройти процедуру инициации.

— Седрик, ты же знаешь, что это лишь формальность, его признал шар, а значит теперь он перестал быть обычным человеком.

— Парни, охраняйте его, мастер, вы должны срочно уйти. Пойдём те я вас провожу.В этот раз дверь за ними не закрылась. Мастер явно что-то ещё пытался сказать, но спустя несколько секунд раздался громкий хлопок, и Седрик вернулся в комнату.

— Забирайте его, машина ждёт.Парни подхватили Дениса.

— Я сам могу идти, нервно дернулся Денис, высвобождаясь.

— Пусть идёт сам, одобрительно с ухмылкой сказал Седрик.

Они все вышли в коридор, в подъезде был полумрак, спускаясь по пролётам Денису показалось, что вдоль стены скользнула тень. Спецназовец спереди упал на стену и начал сползать вниз. Денис обернулся. Второй спецназовец уже лежал без сознания на ступенях, а Седрик застыл в какой-то, казалось, неестественной позе.

— Я забираю его Седрик, услышал Денис знакомый голос.

— Пошли, сказали ему, уже на ухо.

Больше Денис уже не сопротивлялся. Сейчас внутренний голос подсказывал ему, что это будет самым верным решением, просто довериться тому, что происходит. Они вдвоем вышли из подъезда, и сели в огромный чёрный джип, который был припаркован рядом с дверями.

— Я решила на время реквизировать их машину, думаю у нас есть минут десять, чтобы отсюда подальше и потом уже поменять машину.

— Согласен, это был чей-то новый незнакомый голос, Денис не успел заметить другого человека, но услышал, как кто-то ещё сел сзади.Они проехали пару кварталов, за окном мелькали знакомые здания, мимо которых Денис иногда гулял после работы.

— Все, выходим, сказала Диана, паркуя автомобиль.

— Расслабься парень, его одобрительно похлопал по плечу незнакомец.Пешком они прошли ещё квартал, в одном из переулков они вышли на машину, которая была Денису уже знакома, в ней Диана привезла днем его домой.

— Садись сзади и ты, Диана, тоже, сказал командирским тоном незнакомец.

— Поедем ко мне? Спросил Денис

— Нет, уже нет необходимости, Диана все собрала.

— Я надеюсь, ты не против, что я слегка похозяйничала, но тратить опять на это время я уже не хотела.

Денис молча кивнул и сел в автомобиль. Все что ему сейчас нужно было, это сесть и подумать о происходящем. Автомобиль быстро вывозил их из города. Продолжало смеркаться, картинки за окном менялись все быстрее, и вот сознание Дениса, постепенно выключилось.

Глава 2 - Водоворот событий

Денис падал сквозь совершенно чёрную бездну, и падение казалось будет бесконечным, это как оказаться в космосе, но не холодно и можно дышать, хотя в том, дышит он или нет, Денис был не уверен. И было понятно, что это всего лишь сон, но при этом отчаянно не хотелось, чтобы этот сон не заканчивался.

Он просто падал, без страха, сомнения и сожаления, вокруг мерцали звезды и мысли постепенно окончательно исчезли из сознания уступая место лишь ощущениям.

Картинка резко сменилась, Денис как будто завис над огромным, окруженным высокими стенами городом, в центре которого ослепительно белый шпиль стремящийся высоко в небо. И все в этом городе, казалось, абсолютно совершенным. А было бы не плохо жить в таком городе, проскользнула мысль в голове Дениса. Но как только появилась эта мысль, над городом появились пять драконов: золотой, серебристый, кроваво-красный, зелёный и чёрный, которые мирно парили по кругу над городом.

И вот уже Денис идет по улицам, где-то впереди было видно шпиль, и парящие по кругу драконы. Внезапно идеальная картинка стала рассыпаться, драконы в миг рассвирепели и стали сжигать город. Денис побежал, спокойствие стало вытесняться страхом и вдруг перед ним возник кроваво-красный дракон. Денис в панике бросился прочь, но убежать у него не получалось. Дракон медленно приближался к нему, Денис продолжал пытался убежать, а ноги становились ватными и отказывались слушаться. Грудь резко сдавило и Денис проснулся.

— Приснилось что-то страшное? Хочешь рассказать? Ты очень странно дергал ногами, сказала Диана.

— Нет, не хочу, Денис отвернулся к окну автомобиля.

Они уже были далеко за городом, и где они ехали Денис не понимал. Собственно, ему сейчас было не важно, где они сейчас. Он хотел получить ответы на свои вопросы, и он повернулся к Диане.

— Я знаю, что ты хочешь спросить, сказала Диана. Сейчас у нас есть время, и я не хотела тебя будить, тебе надо было прийти немного в себя на сколько это возможно.

— Меня зовут Диана, это ты уже знаешь, за рулём Тимур, он мой напарник, мы с ним вместе агенты и ассасины одного тайного ордена. Одна из задач ордена — это противостоять влиянию королевских семей. Мы говорим сейчас не о тех королевских семьях, о которых ты привык слышать, они истинные короли, но об этом чуть позже. Наш мир не так прост, как тебе кажется и в мире до сих пор существует то, что ты можешь знать как магия.

— Не дергайся, позже тебе станет понятнее, сейчас просто слушай.

— Королевские семьи и орден постоянно находятся в поиске особых людей, людей у которых есть скрытые способности, о которых они сами не знают пока не пройдут процесс инициации. Одна из категорий — это ассасины, они способны развить способность чувствовать магический след и могут противостоять некоторым магическим атакам. Они могут развить физические способности, которыми некогда не сможет обладать обычный человек. Очень редко встречаются люди, которые не просто могут чувствовать магию, но и обладают даром ей пользоваться, мы их называем ланиты. Но истинная цель поиска — это отыскать дракона. Такой человек не просто может видеть и пользоваться магией, но и обладает возможность полностью блокировать некоторые ее проявления.Последние слова заставили Дениса вздрогнуть. Диана посмотрела на него с нескрываем интересом и тревогой.

— Денис, ты что-то видел? Они что-то с тобой делали?

— Да, мне дали в руки шар, в шаре был дракон.

— Дракон? Какого цвета он был? — Это важно? Он был красный

— Не просто красный, а красный как кровь, да?

— Да.

Кажется, Диану покинуло самообладание, она явно не была готова такое услышать и на нее лице появилось выражение крайней озабоченности.

— Тимур, ты слышал?

— Да, слышал, похоже наше задание меняется, нужно сообщить мастеру, и отвезти его в круг.

— Денис, мы должны тебя не просто увезти, мы должны отвезти тебя к старшему мастеру ордена. Теперь за тобой откроют охоту агенты всех королевский семей. И самое главное, что теперь тебя будет искать Дракон.

— И чем это плохо? Может для меня лучше, чтобы меня нашёл Дракон.

— Ты ещё многое не знаешь, я думаю, что старший мастер лучше меня расскажет тебе о мире, после чего ты сам сможешь принять решение, согласен?

— А где уверенность, что мне дадут действовать по собственному усмотрению, до этого момента меня мало спрашивали о том, что я хочу.

— Денис, ты прав, но после твоего общения с шаром, обратного пути нет. Ты все равно станешь драконом с нашей помощью или без неё. Но я правда верю, что для тебя правильнее услышать все от старшего мастера.

Машина все дальше увозила Дениса от его привычной жизни. Все то, что он узнал за последние несколько часов пока ещё ни в что не складывалось. Ещё утром, казалось, что все ответы его жизни лежат перед ним, сейчас же будущее было задернуто пеленой неизвестности, но это уже было не важно. Ему хотелось узнать больше, и он решил подчиняться тому, что происходит.

***

— Да, Седрик, говори

— Мы его упустили, мой принц.

— Седрик, твои неудачи начинают меня раздражать. Ты понимаешь, что упустил уже третьего ланита.

— Я вынужден вам сказать, мой принц, что это был не ланит.

— Что значит, это был не ланит, по всем признакам, он должен быть им, тем более что что за ним охотился круг.

— Это дракон. Красный дракон. Мастер подтвердил.

— Не может быть.

В воздухе повисла мертвая тишина. Молодой статный мужчина встал из кресла продолжая держать телефонную трубку у уха и стал ходить из стороны в сторону по ковру кабинета. Тут в дверь кабинета постучали.

— Да, входите, Тито оторвался от телефонной трубки.

— Мой принц, мастер просит встречи, отчеканил лакей.

— Пусти его.

— Тито, ваш отец ещё спит, поэтому я прибежал к вам, с этими словами в комнату вбежал мастер дома Кроносов

— Мастер, остановитесь, выдохните и успокойтесь.

— Тито, вы не понимаете, это не просто дракон, это дракон пятого дома, который, как мы знаем, существовал только в сказках.

— Я понимаю, твердо парировал принц, но это не повод терять самообладания, даже принимая во внимание тот факт, что Седрик его упустил.

— Как упустил? Я же только, вот буквально несколько минут назад был с ними вместе.

— Мастер, как случилось так, что вы там оказались? Насколько я знаю поиск ланит никогда не проводился совместно с мастерами.

— Да, верно, но у меня было видение, и я решил все проверить, Седрик подтвердил, что они наблюдают за потенциальным ланитом.

— Мастер, если бы не ваша поспешность, возможно нам было бы проще его вернуть.

— Тито, я почти наверняка был не единственный кто это видел, такие пророческие видения бывают у всех мастеров, и я уверен, что остальные дома уже в курсе.

— Жаль, это все усложняет, сказал Тито, Седрик, ты нас слышал?

— Да, слышал, раздался в трубке отчаянный голос Седрика

— Я уверен, что ты знаешь, что делать, Седрик, с этим словами Тито прервал разговор по телефону и повернувшись в сторону запыхавшегося человечка сказал:

— Мастер, я сам сообщу отцу, после мы обсудим сложившиеся обстоятельства.

***

— Лана, ты спишь?

— Уже нет, девушка потянулась всем телом лежа на кровати.

— У меня интересные новости. Наш мастер недавно сообщил, что видел странное видение, он якобы видел возрождение пятого дракона.

— Пятого дракона, фыркнула Лана в трубку.

— Да, и что удивительно, от нашего агента мы узнали, что недавно Кроносы пытались отбить ланита у круга и им это не удалось.

— Думаешь этот ланит имеет отношение к дракону? – Лана стала внутренне напрягаться

— Возможно, и нам нужно это проверить, и я хочу тебя попросить этим заняться, действуй аккуратно, но наверняка.

— Хорошо, отец, я все сделаю, что-нибудь ещё?

— Нет, это все.

Лана встала с кровати, что ж такое раскопал Седрик? У него, конечно, нюх на ланитов, но в остальном полный профан, и почему Кроносы все ещё его держат. Его неудачи перестали быть достоянием только их дома, о них знают уже все. Надо будет об этом тоже подумать. Она подошла к окну, заря только занималась и впереди ещё был длинный день. Начнём, она решительно взяла в руки телефон, и привычным движением набрала номер.

— Я слушаю, ответили в трубке.

— У нас сегодня произошло очередное событие с Седриком, толи утверждающее, толи вопросительно произнесла Лана в трубку.

— Да мы наблюдали за этим.

— Нам нужно проверить подробно место, пошлите ищейку.

— Мы не почувствовали магии.

— Поэтому ищейка должна проверить и убедиться в том, что никаких магических воздействий не было, решительно парировала Лана

— Вас поняла, сделаем.

Когда Лана положила трубку в дверь тихонько постучали.

— Моя госпожа, вы уже встали.

— Да, Анна, я сама соберусь и скоро выйду. Скорее всего мне нужен будет самолёт. Сообщите пилоту, чтобы были наготове лететь, и скорее всего перелёт будет долгим.

— Я вас поняла, все будет сделано.

Анна, уже готова была выйти из комнаты, когда раздался звонок телефона.

— Вы уже получили ответ ищейки? Спросила Лана отвечая на звонок.

— Нет, но мы видели, как из дома вышел человек, который как нам кажется связан с домом Праймов.

— Ищейку, вы не увидели бы, значит возможно это их потенциальный агент, отправьте сообщение, чтобы усилили наблюдение за домом Праймов, нам нужно знать, что они ещё предпримут. Нам нужно определить куда потенциально могли увезти ланита, и куда его отправят.

— Вас поняла, все сделаем.

Лана повесила трубку. Значит Праймы тоже что-то могут знать, это делает историю совсем интересной. Она стала собираться и вскорости вышла из комнаты, ее день тоже переставал быть обычным днем.

***

Время Большого Дракона подходило к концу, он уже давно чувствовал, что его жизнь постепенно утекает. Все его существование было посвящено укреплению его дома, но с уходом его сил, слабел и его дом. Вся власть, которою он смог обрести постепенно рассыпалась перед другими домами. В его семье уже давно не появлялось ни одного ланита, а их поиск постоянно сопровождался неудачами. Теперь уже сложнее стало контролировать и Кроносов и Праймов, а дом Мин с приобретением чертовки Ланы за последние несколько лет не просто воспрял, но явно стал претендовать на лидерство.Вчера ему приснился очень странный сон. Он падал во тьме космоса, на душе было очень спокойно, а звезды пели ему привычную песню. А потом он увидел город, город, который он часто видел во снах. Он не знал наверняка, но этот город всегда создавал ощущение дома, как будто он всегда жил в нем. Над городом парили четыре дракона, так было всегда в его снах, но не сегодня. Сегодня внутри круга четырёх, из их совместного пламени был рождён пятый, новый дракон. Сон закончился внезапно, оставив только ворох раздумий.Такого дракона он никогда не видел. В мире, который он знал, их всегда было четверо. Каждый дракон олицетворял дом. Золотой дракон - дом Раур, серебристый дракон - дом Кронос, зелёный дракон - дом Мин, чёрный дракон - дом Прайм. Но пятый дракон, пятый дракон неизвестная ему величина. Даже для его мира, который был сказкой для реальности, пятый дракон был легендой. Сказкой в сказке.

— Дедушка, прочитай мне сказку!

Мирра забралась к деду на колени, как всегда нагло и бесцеремонно. Она была, пожалуй, единственная во всем роду, кому позволялось такое обращение с драконом. Жаль, что ты ещё так мала, думал про себя дракон, она ему очень напоминала его в детстве, может именно поэтому он многое ей позволял, всячески баловал и пытался дать все возможное пока у него были на это силы. Мирра его последняя надежда, она была не только человеком, но очень сильным ланитом. Она начала чувствовать магию ещё в колыбели, а в три года без подготовки самостоятельно создала абсолютный магический щит, на который способны очень не многие.

— Какую сказку ты хочешь, милая?

— Мою любимую, про Атлантиду.

— Про Атлантиду, так про Атлантиду, почему бы и нет.Тут старого дракона пронзила мысль.

— Милая, давай почитаем сказку попозже, дедушке надо немного поработать, это срочно. Хорошо? А потом, я обязательно с тобой почитаю эту сказку.

— Ну деда, Мирра сложила губы бантиком,

— Мирра, в голосе появились нотки стали.

— Ну ладно, Мирра слезла с колен.

Дракон дождался, пока внучка выйдет из зала, подошёл к рабочему столу и набрал номер.

— Сэр Патрик, мы должны встретиться немедленно и возьмите с собой мастера.

— Хорошо сир, мы сейчас будем.

Спустя несколько минут сэр Патрик и мастер дома Раур входили в зал Дракона.

— Сир, вы звали нас.

— Да господа, входите.Выходя из зала, Патрик Лей был встревожен. Он посмотрел на мастера, тот в любой ситуации мог сохранять настолько высокую степень самообладания, и понять, что думает сейчас мастер не было никакой возможности.

— Мастер?

— Патрик, вы не должны беспокоиться, есть вещи, которые происходят, потому что так должно произойти. Кто мы такие чтобы идти против течения? Успокойтесь, сейчас мы должны думать максимально хладнокровно, чтобы не допустить ошибки и убедиться, что мы с вами находимся на нужной стороне.

С этими словами Мастер вытянул вперёд руку и очертил круг. Часть пространства перед ним как будто превратилось в зеркало, в которое шагнул мастер и исчез. Патрик не раз видел, как мастер пользуются заклинанием перемещения, что-то было пугающим в том, как человек заходит и исчезает в зеркале. Где сейчас находится мастер Патрик не знал, равно как и не знал, что он будет делать. Мастер и Дракон могли общаться без слов, это знали все, было ли что-то сказано, пока они были в зале, он не знал. Однако ощущение того, что мастер с драконом все же чем-то обмолвились было.Что ж, пусть пока это останется тайной, если Дракону это нужно. Меньше знаешь, лучше спишь, подумал Патрик, у него сейчас хватит дел и без этой тайны, и он быстро зашагал в сторону своего кабинета.

Глава 3 - Посвещение

Тимур продолжал гнать автомобиль все дальше, начинал накрапывать дождь. Он уже держал в голове новый маршрут, который ему пришлось срочно перекроить из-за того, что они только недавно узнали с Дианой.

— Тимур, я думаю, что все-таки стоит сначала позвонить. Диана нервно крутила телефон в руках, уже давно её не посещало такое чувство неуверенности в поступках.

— Давай остановимся на заправке и там все решим, все равно заправиться уже пора. Кому надо в туалет, самое время, больше остановок не будет, будем гнать до аэропорта.

С этими словами Тимур уже поворачивал на ближайшую заправку.

Вроде ничего не обычного и изменений нет никаких, Денис рассматривал себя в зеркале автозаправочного туалета. Те же русые волосы, карие глаза, рубашку он сменить не успел. Денис тщетно пытался рассмотреть что-то в зеркале, возможно ему хотелось там увидеть, что ждёт его дальше, но зеркало вряд ли даст ему ответы на его вопросы. Он выпрямился, надо поднять себе настроение решил Денис, и подмигнул сам себе.

Он вышел из туалета, взгляд его скользнул по полкам со снеками и прочим. Черт, я так есть хочу, вдруг понял про себя Денис. Он уже было направился к стойке с готовыми сендвичами, когда к нему подскочила Диана.

— Если ты за едой, то не бери, я уже все купила. Пошли в машине поедим, Тимур уже отогнал ее на стоянку.

— Но я хочу.

— Пошли, в голосе Дианы сквознул холодок.

Тимур ждал их на стоянке, он поставил машину прямо рядом с островками столиков. Диана разложила добытые припасы на одном из них.

— Народ, налетай, не будем тянуть время, Диана посмотрела на парней, которые решили устроить игру в гляделки.

Они не успели ещё закончить нехитрую трапезу, когда раздался телефонный звонок. Диана привычно запустила руку в карман маленького рюкзачка.

— Да, я слушаю, сказала она, не глядя на экран телефона.

— Диана, дракон с тобой?

— Да, мастер, как вы узнали?

— Это не важно Диана, мы должны как можно быстрее провести инициацию. Дайте телефон Тимуру, я расскажу ему как доехать до места встречи.

Диана протянула телефон Тимуру, их разговор длился не долго.

— Я все понял, мастер, будем на месте минут через 15.

— Как 15? Мастер хочет встретиться с нами где-то поблизости, встревожилась Диана?

— Да, тут недалеко, с этими словами Тимур начал быстро сбрасывать в пакет остатки нехитрого позднего ужина.

По дороге они ехали всего минут пять, потом Тимур свернул на проселочную дорогу. Ещё через минут пять они оказались на небольшой опушке спрятанные от посторонних глаз в местном лесу.

— Кажется здесь, Тимур пытался рассмотреть место, на которое они приехали

— Ты точно ничего не напутал, недоверчиво спросила Диана, выходя из машины.

— Нет, вряд ли, тут сложно спутать, сказал Тимур, выходя из машины.

Они все вышли из автомобиля, Денис не успел толком рассмотреть опушку, когда раздался громкий хлопок, а из-за деревьев появился не высокий старичок. Он был сух, явно крепок, в странном бело-сером колпаке.

— Вечер добрый, господа, протянул старичок.

— Мастер, Диана и Тимур приклонили колено.

Денис все ещё растерянно хлопал глазами, не успевая оценить происходящее.

— Вы молодцы, что смогли увести его, уверен Седрику достанется за то, что он умудрился упустить дракона, сказал старичок, посмотрев на Диану с Тимуром

— Здравствуй, Денис. Я рад знакомству с тобой. Твоё появление неожиданно для всех и естественно внесёт изменения в планы семейств, и не скрою в наши планы тоже. Сегодня ты уже узнал, что мир не совсем такой каким ты привык его видеть, скоро ты узнаешь все то, что до сих пор было от тебя скрыто. Твоё становление уже не остановить, шар открыл твою сущность, но нам необходимо провести обряд, чтобы ускорить процесс. Ты же вряд ли будешь против?

— Не уверен, что кто-то в до сих пор спрашивал моего мнения, усмехнулся Денис.

— Ты тот, кто ты есть, Денис, этого не изменить, это у тебя в крови. Даже если бы это не случилось сегодня, сущность дракона все равно рано или поздно проявилась бы. Может мы начнём?

— Начнём, согласился Денис.Старичок вышел на опушку леса, бормоча что-то себе под нос. Пока он медленно кружился на земле появлялись странные линии и знаки. Выглядело так как будто в траве была скрыта неоновая вывеска, которая стала постепенно загораться с наступлением вечера. Через несколько минут бормотания вся опушка была покрыта сетью символов и знаков с огромной пятиконечной звездой в центре.

— Ну все Денис, вставай в центр и расслабься, делать ничего не нужно, заклинание сделает все за тебя.

Как только Денис встал в центр, звезда стала менять свой цвет постепенно наливаясь красным. Свечение усиливалось и, казалось, начал звенеть воздух, хотя может это просто звенит у меня в ушах, подумал Денис.Диана завороженно смотрела на происходящее, она впервые присутствовала на подобных ритуалах. Денис стоял перед ней, как вдруг вокруг него появилась алая сфера, как будто воздух вокруг мгновенно сгустился и окрасился красным. Несколько секунд ничего не происходило, воздух загудел. А потом сфера взорвалась изнутри, а над Денисом вверх взмыл призрачный красный дракончик, который практически сразу растаял в воздухе с пронзительным криком. Все стихло, фигуры на земле потухли, а Денис растерянно стоял в центре темнеющей опушки.

— Что-нибудь происходит, Денис?

— Нет, все как обычно.

— Странно, пробормотал старичок, может я что-то упустил?

Старичок продолжить бормотать про себя, как будто кроме него здесь больше никого не было. Денис пошёл к краю опушки и сел на землю облокотившись на дерево.

— Думаешь все будет просто, вдруг возник голос в его голове. Становление простым не бывает, но ты не станешь тем, кто должен без своего дома. Дом, вот то, что ты должен найти прежде, чем сможешь встать на путь, который тебе подготовили.

— С тобой все хорошо? Диана склонилась над Денисом. Он посмотрел на неё, в его глазах как будто что-то блеснуло. Он резко встал, вытянул вперёд руку и очертил круг перед собой. Пространство перед ним изменилось, замерцало и стало напоминать поверхность воды с небольшой рябью, Денис не раздумывая шагнул вперёд.

— Нет, стой, прокричала Диана и рванула за Денисом.

— Мастер, что произошло, Тимур подбежал к старичку взгляд которого не скрывал удивления

— Я, я не знаю. Такого быть не должно. Все очень и очень странно.

— Что мы теперь будем делать, мастер?

— Прежде всего нам нужно скрыть то, что здесь произошло, сказал старичок, проведя рукой над опушкой леса стирая из воздуха остатки творившейся здесь магии.

— Хорошо, я вернусь в штаб-квартиру, произнёс Тимур.

— В этом нет необходимости, Тимур. Твоя служба окончена.

— Что это значит?

Тимур не успел закончить фразу, его тело медленно осело на землю, теряя остатки жизни. Он был не первым и не последним, кого старший мастер разменял на своём пути. Приходя в орден, присутствие в мире Тимура для других было стёрто и связать его с кем-либо никто не сможет, даже ищейки домов не смогут понять, что это за тело, если конечно же найдут. Мастер посмотрел на автомобиль, который стал рассыпаться, постепенно растворяясь, как дымка.Он не должен был уйти, и чтобы использовать портал нужно обрести силы, а этого, судя по всему, не произошло. Эти мысли не покидали старшего мастера. Что самое удивительное, это исчезновение Дианы. Создание портала - стандартное заклинание, чтобы стать мастером, одно из самых сложных в магии. Порталом может пользоваться только тот, кто его создал, то есть пройти через него может только один. Почему же порталом смогла воспользоваться Диана? В книгах сказано, что даже сила дракона не даёт возможности кому-то ещё пользоваться порталом. Что ж, видимо ему придётся разгадывать ещё одну головоломку, подумал старший мастер. Старичок вздохнул ещё раз окинул взглядом опушку, создал портал и растворился в ночи.

Глава 4 - Мерцание души

Седрик мерил шагами комнату, ему срочно нужен был новый план. Он должен был найти этого парня раньше остальных. Хорошо, что они на территории влиянии дома, значит могут воспользоваться местными властями, чтобы выследить беглецов. Нужно будет завтра навестить мэра, эти бюрократы в последние время совсем отбились от рук. Другой вопрос, который ему не давал покоя, кто эта блондинистая девица, которая смогла увести из-под носа его добычу. Королевские дома очень ревностно хранят свои тайны и агентов. Обычно о том, что совершил дом, становится известно только постфактум. Седрик лично знал лишь Томаса Дракона, главу дома Раур, они встречались на одной из ежегодных встреч королевских домов. Он только вступил на должность хранителя дома, и только поэтому был представлен дракону.

Королевские семьи уже давно встречаются только раз в год в старом замке, о существовании которого известно только королевским семьям и хранителям дома. Встречи всегда проходят в начале июня и значит скоро будет очередная встреча, к которой Седрик готовился в том числе.

— Седрик, мы нашли след, с этим словами в комнату вошла Эльза. Их машину видели на заправке, мы готовы выезжать, ты с нами?

— Конечно я с вами, Эльза, что за вопрос.

Эльза была старшей из трёх сестёр принца Тито и самой воинственной из всего королевского дома Кроноса. Седрика Эльза, мягко говоря, недолюбливала, но тот пользовался покровительством отца, против которого она пойти не могла никак.

—Придётся менять явочную квартиру, о ней теперь слишком много знают

— Согласен, Эльза, хотя мы уже и так превысили наш бюджет

— Тито вряд ли заботит бюджет в таких вопросах, парировала Эльза

— Я услышал тебя, мрачно ответил Седрик.Не люблю я этот город, думал Седрик, когда их автомобиль скользил по улицам. Здесь постоянно что-то происходит, что выбивает почву из-под его ног.

— О чем задумался?

— Будто тебя это в правду волнует, пробурчал Седрик себе под нос

— Будет тебе Седрик, может я хочу помочь, нам все равно до места ещё час минимум ехать.

— Эльза, если ты правда хочешь помочь, то завтра скорее всего пойдёт фиолетовый снег

— Ну фиолетовый снег устроить не сложно, хочешь я сейчас такой устрою?

— Ты серьезно?

— Ну а почему бы и нет? Я давно не практиковалась

— Не сегодня Эльза, давай молча доедем.

— Как хочешь, Седрик.

Ехать с Эльзой в одной машине то ещё удовольствие, но сегодня ему не оставили выбора. Он даже не знал, что она приехала, наверное, она оказалась тут случайно, но случайностей в последнее время стало слишком много. Мы едем по юго-западному шоссе, вариантов выбраться из страны всего три. Они могут выбрать самолет, поезд или попробовать выехать на машине. Но до границы ещё 500 км от последней точки, где их видели последний раз, а международный аэропорт только здесь, думал Седрик А может они решили не выезжать пока из страны?

— Эльза, ты уже решила, как они хотят его вывести из страны?

— А почему ты решил, что они его вывезут?

— Ну как же, они должны провести инициацию, а для этого его нужно вывезти.

— Седрик, для того чтобы инициировать, вывозить не обязательно.

— Как так, мне говорили, что...

— Седрик, перестань быть наивным и верить всему что тебе говорят.

***

Лана уже садилась за руль автомобиля, когда ей позвонили.

— Мы получили подтверждение от ищейки, на явочной квартире Кроносов был мастер, мы смогли найти остатки образования портала.

— Хорошие новости, было ещё что-то?

— Мы думаем, что видели хранителя дома Кроносов, они уехали на юго-запад из города.

— Они? Переспросила Лана

— Да, был с какой-то женщиной.

— Кто она?

— Мы не знаем, но она не агент – это точно, ищейка обнаружила сильную ауру, скорее всего семья.

— Представительница семьи Кроносов вместе с хранителем, какая милая команда., присвистнула Лана, и сказала в трубку: «хорошо сработали, будут ещё новости, сообщите».Что ж, это меняет планы, надо верное позвонить, подумала Лана, остановившись вышла из автомобиля и прошла в сад, рядом с которым остановилась. Она села на скамейку, достала телефон и помедлив набрала номер

— Здравствуйте, мастер!

— Я рад слышать тебя, Лана, надеюсь вы хорошо себя чувствуете

— Мастер, думаю сейчас не время любезничать, мы можем поговорить

— Лана, я так понимаю вы позвонили не погоду обсудить, но вы же понимаете, что что-то другое я обсуждать не буду.

— Я подумала, что может сегодня вы решите сделать исключение.

— Лана, даже конец света не даёт возможности для исключений.

— Очень жаль слышать это от вас мастер, сказала Лана и положила трубку.

Что ж, жаль. Видимо придётся действовать иначе. Она встала, пошла назад к автомобилю. Думаю, что «отец» будет не против со мной поужинать, Лана улыбнулась, глядя в зеркало заднего вида автомобиля.

***

Это было больно, подумала Диана вставая. Потирая ушибленное колено, она пыталась рассмотреть место, в котором она оказалась. Было темно, глаза постепенно привыкали к темноте. Это было похоже на пещеру, здесь было холодно и влажно. В нескольких метрах от себе она увидела Дениса.

— Где мы?

— Я не знаю

— Почему мы здесь?

— Этого я тоже не знаю, вернее не уверен, знаю ли.

— Что произошло в лесу?

— Я услышал голос и пошёл за ним.

— И этот голос привёл тебя сюда? Какое странное место. Сейчас что-то слышишь

— Нет.

— Многословность никогда не была твоей характерной чертой. Что будем делать? Может надо искать выход?

— Поищи, я хочу побыть один.

Диана решила, что будет правильнее пока оставить его в покое и осмотреться. Хорошо, что телефон с собой, подумала Диана, включая на нем фонарик. Обычная пещера, подумала она, хотя вроде здесь довольно ровная поверхность. Она провела рукой по холодному камню. Наверное, даже чересчур ровная. Ладно с этим я потом разберусь, решила она и пошла осматриваться в другую сторону. Туннель извивался как змея, а потом резко свернул и за этим поворотом Диана увидела свет, ещё один поворот и она вышла из пещеры. Сухой воздух, скалы и песок вот и весь пейзаж, простирающийся до горизонта. Где же мы, про себя подумала Диана, пожалуй, надо вернуться к Денису и рассказать.

— Ты думаешь ты один такой, опять услышал голос Денис

— Вряд ли я могу думать после всего того, что произошло.

— Да, усмехнулся голос, ситуация для тебя затруднительная. Но тебе нужно найти дом, без этого никак.

— И как же мне искать, то, что я не знаю, не зная где и как

— А ты не старайся задавать себе такие вопросы, просто поищи себя и ты сам найдёшь тропу, которая тебе нужна, кровь твоих предков поможет тебе.

— Мне что, нужно вскрыть себе вены?

Последний вопрос Дениса, остался без ответа. Какой-то странный голос, сам приходит, сам уходит и что теперь со всем этим делать? За весь день произошло столько событий сколько, наверное, не происходило за всю его жизнь и сейчас Денис отчаянно пытался сложить кусочки мозаики в одну картинку. Но кусочков было слишком мало и нужны еще подсказки.Холод камня, на котором он сидел заставили его встать. Так куда идти? Его глаза уже привыкли к темноте пещеры, в которой он оказался и Денис уверенно пошел в ту сторону, которая как ему показалось, означала вперед.

Он шел не долго, через несколько минут его путь преградила стена, она отличалась от стен пещеры, была гладкой, как одна единая, зачищенная до блеска мраморная поверхность кроваво-красного цвета.Что теперь, подумал Денис? Он дотронулся рукой до поверхности, вернее он хотел дотронуться, но у него этого не получилось, рука прошла вглубь, а поверхность подернулась рябью как волны расходятся по воде от брошенного камня.

Денис отдернул руку, поверхность вновь стала идеально ровной. Он протянул руку вперед вновь, она прошла сквозь поверхность, потом вторую руку. Денис глубоко вдохнул и шагнул вперед.

И вот он снова падает, падает сквозь кромешную тьму и с каждым мигом все быстрее и быстрее. И в этой кромешной тьме не понятно, куда ты падаешь и падаешь ли вообще. Может ты просто устремился вперед, или назад, или в бок, или может вглубь самого себя. Нет ни звёзд, ни отблесков, ни теней — только абсолютная пустота. И время начинает искажаться: секунды растягиваются, как резина, и уже не понятно, сколько ты падаешь — миг или вечность.

В ушах Дениса — звенящая тишина, прерываемая лишь его собственным дыханием, учащающимся с каждым мгновением. Сердце бьётся где-то в горле, мышцы напряжены, пальцы сжаты в кулаки, и нет ничего, за что можно ухватиться, прервать это падение, остановиться. Денису хотелось закричать — но звук будто гаснет в этой тьме, не отражаясь от стен, не возвращаясь эхом. Денису стало казаться что с исчезающим звуком, начинает исчезать он сам. В сознание скользко заползал страх и начал постепенно заполнять все его существо.

— Что страшно? В сознание вновь проник знакомый голос.

И внезапно Денису стало легче, осознание того, что он не один, отдернуло наползающий страх. А если, вдруг, он один, и это просто голос его подсознания? Но он не успел подумать дальше.

— Как думаешь, где ты? Спросил его знакомый голос

— Откуда же мне знать? То ли сказал, то ли подумал Денис, он уже не понимал, где реальность, где сон, где просто игра воображения.

— А ты подумай, услужливо предложил голос

— Я не могу думать, ответил Денис.

— Не можешь или не хочешь? С издевкой спросил голос

— Не могу и не хочу, начал было злиться Денис

Внезапно все изменилось, падение прекратилось, Денису показалось что он завис где-то между мирами. Почему, собственно, он так решил? Нет, он не решал, он просто знал. Откуда это знание?

— Это знание крови, услужливо подсказал голос

— А ты откуда это знаешь? Спросил Денис?

— Так же как и ты, я просто это знаю, твердо сказал голос

— Кто же ты? С мольбой протянул Денис

— Разве в данном случае это так важно? Может тебе лучше начать с того чтобы понять, кто ты сам?

— Я обычный человек, и ничего больше

— Ну да ты обычный человек, который внезапно куда-то переместился, и сейчас ты в месте, которое можно назвать обычным?

— Нет конечно, усомнился Денис, но разве у меня было время подумать об этом?

— Сейчас у тебя есть все время мира, чтобы подумать, сказал голос

В, казалось бы, совершенно пустом сознании Дениса, вдруг внезапно появился ворох мыслей «Я — тот, кто работает в офисе. Я — сын своих родителей. Я — человек, который любит кофе по утрам и прогулки под дождём». Но эти ответы ему не кажутся правильными, они как этикетки на коробках. Они говорят о ролях, а не о сути. И тогда пришло странное ощущение: «Может, меня вообще нет? Может, “я” — это иллюзия, набор воспоминаний, привычек, социальных масок?» И эта внезапная мысль Дениса испугала, но и принесла облегчение. Если я — не точка, а поток, если я — не статуя, а река, я — процесс. И вот уже кромешная тьма, и звенящая тишина больше его не пугает. Потому что в ней — он. Неопределённый, меняющийся, искренний. Во тьме, вдруг скользнул луч света, все стало меняться вокруг, постепенно отступая, неопределённость окружения, стала оформляться во что-то физическое. И вот уже Денис, стоит на полу какой-то небольшой комнаты, где-то сбоку тускло светит лампа, одергивая печать мрака.— Добро пожаловать домой Денис!

Только теперь это уже был не голос его в его голове, с ним как будто говорила комната.

Глава 5 - Страж

Диана уже с час блуждала по пещере пытаясь вернуться на то место, где она оставила Дениса, но найти его не могла, их как будто вообще тут никогда не было. Нет, она не могла заблудиться, да и маршрут выхода был прост, его никак нельзя перепутать. Но сейчас всякий раз возвращаясь в, казалось бы, одно и тоже место, ее не оставляло ощущение того, что она здесь впервые. Вся эта история, которая началась как обычный поиск, уже давно перестала быть обычной, но и такому повороту событий она явно не была готова. Все годы подготовки и тренировок, как будто перечеркнули и она вновь маленькая девчонка неофит, жмется на пороге храма не готовая переступить порог. Диана, пытаясь отогнать дурные мысли прочь с настойчивостью гончей продолжала вести поиск, наверное, то единственное что она всегда так хорошо умела, но сейчас отчаянные попытки приводили скорее к злости, заставляя все упорнее идти.

Диана никогда не была простой девушкой, простым ребенком, она осознала себя сразу, как только ее мозг был готов к принятию ею собственного я. Ей было 6 лет, когда она решила уйти из дома и найти свой собственный путь. Уходя однажды, она не была уверена в том, куда она идет, и что в конце пути, но знала точно, что должна уйти. Таких как она настолько мало и так редко случается, что для мастера, с которым столкнулась Диана, стоя перед воротами храма, было не только неожиданно, но и стало потрясением. После долгих дебатов, ворошения умных книг и медитаций совет мастеров решил оставить Диану в качестве неофита отряда ассасинов при храме. Старший мастер не решался ее отпустить в какой-либо другой храм и решил, что эту девочку лучше держать поближе и под присмотром. Что-то неуловимое было в душе этого ребенка, но как он не бился, разгадать загадку у него не получалось. Способностей у нее было только на рядового ассасина, но такие не осознают себя сами, их для этого нужно подтолкнуть. Простые ассасины не приходят в шестилетнем возрасте к храму, они его и увидеть то не могут, но случилось то, что случилось и старший мастер решил присматривать за Дианой и возможно однажды он поймет, что с ней не так.

Так с 6 лет Диана жила и проходила подготовку в главном храме ордена круга. Нет она не была самым выдающимся учеником, но подготовка давалась ей легко, хоть и не все элементы она смогла освоить на максимально возможном уровне. Единственное что возможно отличало ее от других это небольшое пятнышко на правой лопатке, которое год от года росло, постепенно приобретая какие-то замысловатые черты. Что это никто не знал, и в какой-то момент сама Диана потеряла к нему интерес.

К тому дню, когда она отправилась арканить Дениса, она уже была опытной ищейкой и найти Дениса, ей не составило никакого труда. Весь процесс в целом был довольно прост, и по итогу она должна была передать Дениса наставнику храма, который дальше его поведет по пути ланита. Но в этой истории все пошло совершенно не так.Сейчас она практически доведенная до отчаянья блуждала по совершенно непонятному ей месту, в котором она не могула ощутить вообще ничего, здесь не было ни магических следов, ни следов обычного мира. Ей казалось, что она где-то за гранью привычного, ведь в привычном мире она отлично ориентировалась, даже если окажется впервые в совершенно незнакомом месте. А тут внутренний компас не то сбоил, он просто крутился волчком.

Диана остановилась, и, наверное, впервые за последние пару часов приняла единственное решение, сесть, подумать и возможно помедитировать. Диана, приняв позу для медитации и глубоко вдохнула и закрыла глаза.

— Наконец-то! Услышала она голос.

— Кто здесь? Диана открыла глаза и осмотрелась

— Здесь только ты и твой зов, ответил дружелюбно голос

— Ерунда какая-то

— Только потому, что сейчас тебе это кажется таковым, но это всегда было так, парировал голос

— Тебе откуда знать, Диана огрызнулась

— Я не знаю, это знаешь ты сама, тебе только нужно заглянуть глубже, не теряя дружелюбности сказал голос

— Я туда уже смотрела и ничего не видела, не меняя тона парировала Диана

— Может ты просто смотрела не в ту сторону?

— У меня же там не комод с кучей ящиков, чтоб смотреть не туда.

— Но может внутри комода есть сейф, который просто так не доступен твоему взору, но если ты постараешься, ты его увидишь, голос продолжал так же дружелюбно

— Ой, ну какой там может быть сейф?

— А ты попробуй, предложил голос, вспомни себя в шесть лет, вспомни, почему ты ушла, вспомни, то, что сама от себя закрыла, перед тем как уходить.

Диана закрыла глаза, перед глазами всплыли воспоминания, маленькая комнатка, розовые в цветочек обои, огромный плюшевый медведь в углу комнаты. Память услужливо разматывала картинку одного дня, оставшегося в далеком прошлом. В центре комнаты вдруг из пустоты возник небольшой кровавокрасный дракон с распростертыми крыльями. Диана вспомнила, как завороженно она смотрела на этого дракона и в ее памяти вдруг всплыло лицо.

— Это же был Денис, Диана вскочила на ноги

— Да верно, это был он, ответил ей голос, и сейчас ему нужна твоя помощь в становлении и защите.

— Да, я знаю, я всегда это знала, но тогда мне было запрещено кому-либо рассказывать об этой встрече, и я сама от себя закрыла ту встречу в самом далеком уголке мой памяти.

— Что ж, теперь ты вспомнила, иди

— Но куда?

— Ты сама все знаешь, просто иди.

И Диана помчалась вперед, она даже не заметила, как неожиданно перед ней возникла стена из блестящего красного мрамора.

***

Маленький серебристый самолет уносил Лану далеко от дома, нет она не грустит и это не первый ее полет так далеко, но она впервые летела на север, туда, где по заверению мастера дома был обнаружен пятый дракон.

Пятый дракон был легендой, сказкой даже для тех, кто сами были легендой. Дракон — это глава дома, и таких домов всего четыре. И так было всегда. Лана пыталась вытащить из памяти детали той сказки, что ей когда-то рассказывали в детстве, но она никогда не любила подобные истории, и в ее памяти они не задерживались.

Лана была единственной в ее поколении детей домов, кто смог проявить способности. Возможно, именно поэтому она стала единственно любимой дочерью своего отца, все остальные отпрыски с отцом не общались, и не жили вместе с ним, некоторые даже не знали о его существовании.

Однако, любовь не означало - баловать. Лана росла и тренировалась как защитник дома и отце временами как ей казалось был с ней через чур строг. С другой стороны, она не жаловалась в большинстве случаев ей даже нравилась ее жизнь, и она старалась получать от жизни все, что могла.

— Скоро посадка, моя госпожа, с этими словами к ней подошел стюард, будут как-то дополнительные указания?

— Нет, мне нужно максимально раствориться, прилет на частном самолёте и так сложно скрыть, ответила Лана, вы можете сразу улететь, у меня есть подозрение, что вернусь я не скоро и явно не оттуда куда мы летим.

— Как скажите.

***

Седрик с Эльзой, решили слегка перекусить в одном из кафе недалеко от их явочной квартиры, из него как раз открывался хороший вид и можно было дополнительно понаблюдать не произойдет ли чего-то необычного. Седрик последние несколько часов терзался сомнениями, кажется ему окончательно перестали доверять, иначе как еще объяснить присутствие тут Эльзы. Конечно, Эльза толком ничего не может, но она дочь своего отца, а Кронос своих детей любил. Кронос был единственным Драконом, который доверил часть управления домом своим детям. Да у них не было магических способностей, но можно многое уметь и достигать и без них. Та же Эльза, прекрасно фехтовала, отлично держалась в седле, занималась восточными единоборствами, с помощью специальных артефактов, могла многим с легкостью противостоять.

Седрик же быстро взлетел, неожиданно для себя стал хранителем дома и единственным кого не усыновили перед тем, как сделать хранителем. Может это и стало той самой отправной точкой его неудач? Он так жаждал, того, что Кронос его усыновит, но этого не произошло, он пестует своих собственных детей, всех остальных, даже хранителя всегда держит на расстоянии от дома.

Не самые веселые мысли Седрика, все дальше уводили его в размышления, и он совершенно выключился из реальности.

***

Сэр Патрик сидел на диване своего кабинета и курил трубку. Он понимал, что начинаются события, которые ему сложно будет понять и контролировать, возможно, ему нужно предложить Рауру снять его с должности хранителя, он и так единственный из четырех, кто стал хранителем, не обладая совершенно никакими способностями к магии, он может пользовать некоторыми артефактами, но далеко не так умело и виртуозно, как это умет, например Тито или Эльза из дома Кроноса. Да и возраст его кажется подходит к тому отрезку, когда хочется просто размышлять, сидя перед камином со стаканом скотча в одной руке и сигарой другой.

С Рауром, они знакомы давно, и по совершенно не понятной ему причине Раур всегда крайней благосклонно к нему относился. Ему почти сразу после знакомства рассказали то, что было скрыто от прочих людей. Для того молодого Патрика это было не просто открытие, это была шокирующая правда, которая сбивала его с ног. Но благосклонностью хозяина дома, достаточно быстро привела его к роли хранителя, которым он является вот уже сорок с небольшим лет. Патрик до сих пор помнит недоумение на лицах других драконов, когда Раур впервые познакомил его с другими драконами и их хранителями.

Хранитель дома это не просто должность, хранитель дома – это страж, которому доверена самая большая власть и сила дома, но только Дракон и его хранитель знает, где эта сила и как ее использовать. И эти знания, уже давно тяготили Патрика, наверняка есть другой, неужели Раур с его возможностями не может найти себе молодого, энергичного ланита, на которого он мог бы переложить его Патрика обязанности.Сэр Патрик так и продолжать сидеть на диване, перед камином наблюдая за языками пламени.

Глава 6 - Паук в паутине

Прайм восседал в своём кабинете — огромном зале, чьи стены были увешаны древними гобеленами с изображением битв давно минувших эпох. Его массивное чёрное кресло, инкрустированное тёмным янтарём, возвышалось над остальным пространством, словно трон повелителя теней. На коленях у него лежал планшет, экран которого мерцал последними биржевыми сводками, отражая цифры, способные влиять на судьбы империй.

В этот момент тишину нарушил звук открывающихся дверей. Сначала в зал впорхнула Лаура — его дочь, воплощение юности и дерзости. Её длинные серебристые волосы были уложены в сложную причёску, украшенную драгоценными заколками. На ней было облегающее платье из переливающейся ткани, подчёркивающее каждый изгиб её стройной фигуры. Она грациозно устроилась на огромном подлокотнике кресла, словно на троне.

Следом за ней вошёл Рикки — его правая рука, человек-тень. Его чёрная одежда сливалась с полумраком комнаты, а движения были точны и выверены, как у хищника перед прыжком. Он остановился в нескольких шагах от Прайма и склонил голову в почтительном поклоне.

— Доброго денечка, папочка, прощебетала Лаура, устроившись на огромном подлокотнике кресла.

Прайм посмотрел на нее поверх планшета, бросил взгляд на Рикки, тот молча склонил голову в легком поклоне.

— Лаура, ты же знаешь, я не люблю, когда меня отвлекают от работы и я не люблю, когда ты так сидишь. Пересядь, пожалуйста, на стул. Вернувшись к планшету, спокойно сказал Прайм.

Лаура, к его удивлению, не стала спорить. Она легко спрыгнула с подлокотника и устроилась на ближайшем стуле, её движения были полны кошачьей грации. Рикки занял своё место в соседнем кресле, его поза выражала абсолютную сосредоточенность.

— Папочка, ты же знаешь, что произошло, — снова заговорила Лаура. — Мы же предпримем какие-то действия?

Прайм отложил планшет и наконец обратил всё своё внимание на дочь. Его правая бровь изогнулась в привычном жесте, выдающем его раздражение.— Зачем нам сейчас что-либо делать? — его голос был тихим, почти шёпотом, но в нём чувствовалась стальная воля.

— Наши действия могут раскрыть наши планы. Сейчас то самое время, когда лучше всего оставаться в тени и наблюдать за тем, как возятся наши соперники.

Он указал на чашу, стоящую перед ним на массивной гранитной подставке. Внутри неё плескалась странная субстанция, напоминающая чёрную ртуть. С каждой его фразой она кружилась всё быстрее, словно живая.

— Мы не знаем ничего о том, кто пришёл в мир, кроме старых легенд. Пусть Мин и Кронос резвятся. Когда они закончат, мы будем готовы.

Его слова повисли в воздухе, словно паутина. Рикки молча кивнул, понимая глубину замысла своего господина. Лаура же нахмурилась, но промолчала, чувствуя, что спорить бесполезно.Прайм продолжил, его голос стал ещё тише:

— Каждое движение оставляет след. Каждое слово — эхо. А эхо в этом мире имеет привычку возвращаться с зубами. Наши действия могут раскрыть не просто наши планы, а саму суть нашей игры.

Он поднял руку, демонстрируя перстни с камнями — каждый из них хранил душу одного из великих правителей прошлого.

— Тысячи лет мы были тенью за троном Большого дракона, шёпотом в его ухе. Мы не правили — мы направляли. Не воевали — мы поджигали войны. А теперь, когда мир содрогнулся, и родилась легенда — кто сказал, что это не ловушка?

В чаше перед ним образы становились всё чётче. Два гиганта в схватке, а за их спинами — тень, разрастающаяся, как пепел после пожара. Она не двигалась, но была повсюду.— Пусть резвятся. Пусть ломают стены, рвут небеса, устраивают суды над царями. Пусть думают, что они — центр всего. А мы будем ждать.

Когда Лаура и Рикки покинули зал, Прайм остался наедине со своими мыслями. Его взгляд упал на герб Дома Праймов — чёрного дракона с человеческими глазами, обвивающего меч и весы. Девиз их рода гласил: «Правда — это оружие. Мы храним его… до поры».

Величественный Дом Праймов возвышался над остальными родами как неприступная крепость, окутанная аурой страха и уважения. Их символ — чёрный дракон с человеческими глазами, обвивающий древний меч и золотые весы — внушал трепет всем, кто знал его значение. Девиз рода, высеченный на стенах их цитадели, гласил: «Правда — это оружие. Мы храним его… до поры». Эти слова были не просто словами — они были кровью, текущей в венах каждого члена семьи.

В этом и заключалась сила Дома Праймов. Они опирались на четыре столпа:

Первый столп — Богатство секретов.

Не золото и драгоценности составляли истинное богатство Праймов. Их сокровищница находилась в Великом Архиве — подземном лабиринте, где хранились миллионы документов. Здесь, в стальных хранилищах, покоились письма сильных мира сего, полные признаний и слабостей, клятвы могущественных магов, данные в минуты слабости, записи тайных переговоров, способные разрушить альянсы, доказательства преступлений, известных только Праймам. И каждый документ был пронумерован, каталогизирован и защищён древними силами от не разрешенного прикосновения. Это одно из немногих тайных знаний, которое сохранилось в этом мире от наследия изначальных и Праймы тщательно хранили этот секрет, недоступный другим домам.

Второй столп — Верные слуги.

Армия Праймов это не просто солдаты, каждым из которых Прайм мог пожертвовать в любой момент ради своей выгоды. Это и Мастера маскировки — не просто способные стать кем угодно, но люди способные собой полностью заменить любого человека — умеющие копировать внешность и голос двойники, настолько похожие на важных персон, что даже близкие не смогли бы их различить. Среди них есть шпионы высочайшего класса, работающие десятилетиями под прикрытием

Третий столп — Наследие хитрости.

Власть в Доме Праймов передавалась не по крови, а по заслугам. Каждые сто лет проводился Ритуал Испытания Змеи:

Выбирались трое сильнейших претендентов. Каждому предстояло обмануть трёх разных людей. После раскрытия обмана претендент должен был выжить. Победителем становился тот, кто оставался жив и сохранял своё положение. Прошедшие испытание становились достойными наследниками титула.

Четвёртый столп — Паутина связей.

Сеть влияния Дома простиралась по всему миру. В ней были: и политики высшего эшелона, и учёные с мировым именем, и люди в погонах в высших эшелонах командования разных стран, могли быть и простые люди, но исполняющие неочевидно ключевые роли или задачи, которые сейчас были интересны Прайм. Но Праймы никогда не верили в искренность этих связей, они и не считали необходимым в это верить или проверять. Каждый человек в их сети был лишь фигурой на огромной шахматной доске, и двигали ими невидимой рукой ради достижения собственных целей.

Так стоял Дом Праймов — несокрушимый, таинственный, готовый в любой момент выпустить свои когти из тени, когда придёт время.

Глава 7 - В центре круга

В полумраке просторного зала, освещённого лишь мерцанием древних свечей, Старший мастер Круга склонился над массивным дубовым столом. Его длинные пальцы с нежностью касались гладких поверхностей древних рун, высеченных из метеоритного камня. Каждая руна хранила в себе частичку силы, пронесённой через тысячелетия.

Древние руны, переданные от одного поколения мастеров к другому, никогда прежде не подводили. Но сегодня они вели себя странно — символы противоречили друг другу, их значения размывались, словно чернила в воде. Мастер чувствовал, как напряжение нарастает в его висках.

Отложив руны на инкрустированную столешницу, он начал мерить шагами просторную комнату, стены которой были увешаны древними свитками и артефактами. Его мысли вернулись к легенде о Красном драконе — легенде, которую нельзя было записать.

Что мы совершенно точно знаем о легенде — это устное предание, ее никогда не получится в полном виде как либо записать, только сохранить в памяти конкретного человека, дракона или мастера, остальные легенду сразу забывали, а пергамент, бумага, камень или любой другой носитель информации не могли удержать запись и разрушались, как будто мироздание не могло удержать в материальном мире тяжесть знания. Легенда была как нечто обладающее собственной волей, не проклятие, но правило вшитое в ткань жизни, одна из загадок, которую оставили после себя изначальные.

И все варианты легенды, которые в свое время Старший мастер смог вызнать у каждого из четырех совершенно точно сходятся в одном, Красный дракон — это и начало, и конец, приход дракона в мир — это конец того, что было и начало того, что будет, нет не Армагеддон, и не конец света, но начало чего-то нового, того нового в котором возможно ничему из старого не найдется места.

Как приходит в мир Дракон, его рождение, существование и цели – тайна, о которой ничего не известно, знание доступное только изначальным, но кто такие изначальные, не знал даже Старший мастер, еще одна древняя легенда из серии сотворения мира, еще одно знание практически утерянное в глубине веков.

Если Дракон пришел в мир, как его найти? Другой вопрос терзавший сознание Старшего мастера. И все его размышления сводились к одному и тому же, к той части знаний, что доступна только драконам и все варианты домов схожи.

В нашем мире есть скала, одиноко стоящая посреди бескрайнего моря песка, место где ветер поёт особенные песни, а звёзды отражаются в песках, создавая иллюзию бесконечного моря. Она словно одинокий страж, не принадлежащий этому миру. Её гранитные бока, постоянно переливающиеся разными оттенками красного, отполированные веками, отражают не только солнечный свет, но и отблески иных измерений.

Это место не принадлежит миру, она грань миров — одновременно здесь и где-то ещё. В каждом измерении, в каждой реальности есть её отражение, но лишь одно является истинным порталом между мирами. Эти отражения словно зеркала, показывающие разные грани одной и той же тайны.

Древнее место силы окутано завесой невидимости, хранимое наследием изначальных. Человеческий взгляд скользит мимо, не замечая её величественных форм. И только избранным дано узреть её истинный облик. Магическая защита скалы действует на уровне восприятия. Можно пройти в шаге от неё и не заметить величественного образования. Можно годами искать её следы на картах и в легендах, но так и не приблизиться к разгадке.

Но все же найти место, где стоит скала можно, некоторые странники, ведомые внутренним зовом могут интуитивно почувствовать, уловить едва заметное притяжение места Их сердце начинает биться чаще и душа тянется сквозь лабиринт барханов, но даже самые стойкие из них не в силах найти заветную цель. Скала словно играет с искателями знаний и силы и сводит с ума искателей истины. И многочисленные свидетельства опасности места белеют среди бесконечных отражений, как безмолвные свидетели цены, которую приходится платить за стремление прикоснуться к запретному.

Право на место, на скалу принадлежит только одному наследнику изначальных, это его дом и сущность одновременно и именно поэтому права четко зафиксированы в ткани мира и доступны только Красному дракону и его стражу, верному хранителю, который судьбой определён дракону. Благословение Дракона — единственный ключ к открытию места. Только когда Дракон захочет и решит показать путь, завеса невидимости спадает, открывая путешественнику истинный облик скалы во всём её величии.

***

Старый мастер руководил орденом уже не одно столетие, на его пути уже сменился один большое Дракон, но очень много видел, очень много знал, но это лишь малая часть того, что можно увидеть и что можно знать. Он наследие прошлой эпохи и кузнец истины, той истины, которой живет мир. Он как садовник, который не ломает ствол, но направляет его рост.

Мы не знаем его имени, потому что старший мастер теряет имя, как только становится избранным. Существует древнее правило, известное лишь тем, кто касался порога Павильона Тихого Ветра, в котором происходит посвящение: Кто становится Старшим мастером — тот теряет имя. Не убивают. Не забирают. Оно просто уходит. Как будто мир отказывается его помнить.

Те, кто знал его до посвящения — вдруг перестают вспоминать, как его звали. Имена в книгах выцветают. Гравировки на камнях стираются сами. Это не проклятие. Это условие. Имя — это якорь к миру. К прошлому. К любви. К боли. А Старший мастер не может быть привязан. Он должен быть пустотой, в которую стекаются судьбы. Если у него останется имя — он станет человеком. Есть легенда — тихая, почти неслышная, как шорох змеи по пеплу: Если Старший мастер вспомнит своё имя — он умрёт. Не от боли. Не от проклятия. От возвращения. Потому что в этот миг он снова станет человеком. А человек не может вместить вечность. Он рассыплется, как старый свиток, что коснулся воды.

Но есть и другая версия: если он вспомнит — он проснётся. И тогда он не будет больше манипулировать. Он разрушит павильон. Снимет колпак. И пойдёт по миру — не как тень, а как огонь. Чтобы всё сгорело. Чтобы всё началось заново. Не по воле равновесия. А по воле забытого сердца.

На голове старшего мастера всегда бело-серый колпак. Его колпак — не просто головной убор. Он — живой артефакт, древнее, чем языки, чем города, чем сами Драконы. Мы уже никогда не узнаем доподлинно как колпак попал в руки мастеров круга, возможно достался от основателей, а возможно сам выбрал себе этот путь.

На первый взгляд это простой колпак из тонкой, почти прозрачной ткани, напоминающей пепел, спрессованный в ткань. Цвет — не белый и не серый, цвет забытого воспоминания. Когда смотришь на него долго, он меняется: то становится прозрачным, как воздух, то чёрным, как беззвёздная ночь. Он собран из нити, которая не связана, но всё равно держит форму. Навершие один узел, который невозможно развязать. И если попробовать его на ощупь, то пальцы теряют ощущение, как будто трогаешь не ткань, а пустоту.

***

Орден Круга не что-то древнее из глубины веков, это совсем молодое образование, которое насчитывает пару тысячелетий. Круг это уникальный союз четыре выдающихся мастеров, каждый из которых представлял свой великий дом. Это были не просто мудрецы и талантливые стратеги, они обладали огромным влиянием и авторитетом. Они собрали Круг, как противовес, как прямой ответ абсолютной власти драконов, власти с которой четыре великих основателях не могли согласиться, власти, которая возмущала своей несправедливостью, власти не считавшей необходимым считаться с интересами людей. И этой власти они поклялись противостоять.

Клятва сопротивления - вот краеугольный камень ордена. Основатели поклялись всеми доступными средствами противостоять гегемонии Драконов, они понимали, что для успешной борьбы потребуется нечто большее чем просто чистая сила, нужен был план, пропитанный мудростью, хитростью, волей и решительностью.

Священная четвёрка пронизывает всю структуру Ордена Круга, являясь фундаментальным принципом его существования. Число четыре, почитаемое как символ гармонии и баланса, определило не только внутреннюю организацию, но и философию всего ордена.

Иерархия членов построена на чёткой четырёхступенчатой системе:

Ассасин — начинающий воин, только вступивший на путь познания.

Подмастерье — прошедший первые испытания и доказавший свою преданность.

Мастер — опытный воин, владеющий всеми базовыми навыками ордена.

Старший мастер — вершина развития и сердце Круга.

Четыре столпа поддерживают могущество ордена:

Рабочий — хранитель знаний, создатель артефактов и инструментов.

Жрец — духовный наставник, владеющий тайнами магии и ритуалов.

Воин — защитник ордена, мастер боевых искусств.

Мудрец — хранитель мудрости, исследователь древних знаний.

Верховная власть в ордене принадлежит четырём мастерам, каждый из которых представляет одно из направлений. Они образуют внешний круг управления, но истинным сердцем ордена является Старший — единственный, кто стоит в центре священного круга. Оне решает, объединяет, определяет и проводит высшие ритуалы.

Такая структура обеспечивает идеальный баланс власти и ответственности, где каждый элемент поддерживает другие, создавая нерушимую связь между всеми членами ордена. Число четыре стало не просто символом, а живым воплощением философии единства и силы в многообразии.

Глава 8 - Блеск позолоты

Дом Раур всегда считался старшим среди великих домов. Не как правитель, но как старший из домов, чей авторитет признавался остальными. На протяжении тысячелетий он безраздельно властвовал в человеческом мире, но последние столетия стали для него временем постепенного упадка.

Власть дома неумолимо таяла под натиском амбициозных соперников. Каждый новый кризис ослаблял позиции Раура, а недавние события нанесли особенно болезненные удары. Дом Кронос неожиданно захватил лидирующие позиции в сфере экономики, стремительно обогащаясь и укрепляя свои позиции. Дом Мин пошёл ещё дальше, полностью подчинив себе половину континента.

Былое величие Раура теперь проявлялось лишь в связях с несколькими старинными финансовыми кланами и коллекции безделушек, потерявших свою ценность. Хотя старое богатство всё ещё имело вес, его влияние стремительно угасало перед напором новых денег и технологий.

Мир переживал технологическую революцию, и старые династии не сумели вовремя оценить потенциал перемен. Новые силы активно захватывали позиции, перетягивая на себя нити влияния.

Истинная природа власти всегда оставалась скрытой от глаз обывателя. Она не в коронах и титулах, не в громких речах и демонстративных жестах — она в способности управлять потоками денег и информации. Финансовая власть — это невидимая рука, направляющая судьбы народов и государств.

Ростовщики и банкиры, владеющие кредитами и капиталом, обладают силой, превосходящей власть монархов. Они могут создавать и разрушать империи, не поднимая оружия, манипулировать правительствами через систему долгов и инвестиций.

Демократия — это искусный механизм контроля, где видимость выбора создаёт иллюзию участия. Массы верят, что их голос что-то значит, но на самом деле ключевые решения принимаются в тиши кабинетов теми, кто контролирует финансовые потоки. Политические партии — лишь марионетки в руках истинных правителей, а выборы — спектакль, где сценарий написан заранее.

Власть — это знание, информация и способность её использовать. Те, кто владеет этими инструментами, правят миром, скрываясь за фасадом демократических институтов и конституционных норм.

Раур сейчас отчаянно пытался обрести покой и душевное равновесие и ради этого он вернулся в старый дом, замок, который с самого начала был оплотом и местом силы старшего дракона.

Древний замок возвышался среди горных пиков, словно выросший из камня страж прошлого. Его стены, сложенные из огромных каменных блоков, помнили времена, когда легенды были реальностью. Величественные башни, устремлённые в небо, хранили секреты веков, а мрачные подземелья таили в себе артефакты и свитки былого.

Главный зал поражал воображение своими размерами — сводчатый потолок терялся в полумраке, а массивные колонны, украшенные рунами силы, поддерживали его тяжесть. Витражные окна пропускали свет, создавая причудливую игру красок на каменных полах.

Тайные переходы и скрытые комнаты пронизывали всё строение, словно кровеносная система. В арсенале хранилось оружие, которому могли бы позавидовали другие дома, а библиотека содержала казалось бы бесконечные знания об этом мире.

Драконье логово — личные покои Раура — располагалось в самой высокой башне. Отсюда открывался вид на бескрайние земли, когда-то подчинявшиеся его воле. Теперь же эти земли ускользали из рук, как песок сквозь пальцы.

Золотой дракон укрылся в родовом гнезде, надеясь найти здесь силы для возрождения былого могущества. Но даже древние стены, казалось, чувствовали упадок своего хозяина, и их магия уже не давала той поддержки, что прежде. Рауру казалось что даже эти старые стены стало пропитываться его внутренним отчаянием и неспособностью вернуться к былому. Вид бескрайних земель, который открывался из окна его личных покоев уже не вселял того воодушевления что раньше. А в некогда звенящей умиротворением тишине появились колокольчики безнадежности.

Нужно что-то делать! — твердо сказал себе Раур и спустился в семейный зал, где уже начала собираться его семья.

Еще до своего прибытия в дом дракон разослал приглашение семье с требованием собраться на семейный совет. И вот теперь роскошный семейный зал наполнился гомоном голосов, переливами драгоценностей и ароматом дорогих духов. Родственники Раура, словно экзотические птицы, рассаживались по своим местам, небрежно перебрасываясь фразами и оценивая друг друга взглядами, полными скрытого превосходства.Раур оглядывал собравшихся, которые выглядели как ожившие картины эпохи декаданса. Их одеяния, созданные лучшими портными, сверкали вышивкой из драгоценных камней, а украшения переливались всеми оттенками золота и серебра. Платья дам напоминали произведения искусства — многослойные, с завышенными талиями, украшенные искусственными цветами и перьями. Мужчины щеголяли в сооружениях последних модных показов, с кружевными манжетами, которые постоянно небрежно поправляли и поигрывали, кто золотыми цепочками от висящих на шее телефонов, кто бесконечными перстнями на пальцах, словно богатейшие падишахи Востока. И от всего этого блеска и мишуры у старого Раура стало рябить в глазах, ему захотелось выйти, глотнуть воздуха, но он сделал неимоверное усилие над собой, чтобы остаться в зале.

Атмосфера праздности витала в воздухе. Раур, которому сейчас было важно обсудить с семьей планы и будущее дома, все пытался понять, как ему вклиниться в этот бесконечный поток разговоров вокруг последних светских событий, который так занимал его родственников. Поведение собравшихся выдавало их полную деградацию, молодые леди томно вздыхали, обмахиваясь веерами, и строили глазки более состоятельным родственникам, юноши хвастались своими победами на любовном фронте и размером последних ставок в карточных играх, старшее поколение, те немногие, кто ещё помнил былые времена, перешёптывались, обсуждая сплетни и делёж будущих доходов.

Внешний лоск не мог скрыть внутреннюю пустоту. В их глазах не было огня решимости или жажды власти — только жажда развлечений и удовольствий. Золотые украшения казались оковами, а роскошные наряды — саваном, скрывающим духовное обнищание.

Раур, наблюдая за этой картиной, чувствовал, как сжимается сердце. Его родственники превратились в марионеток, живущих лишь настоящим моментом, неспособных видеть дальше следующего бала или охоты. Их разговоры, наполненные пустыми словами и бессмысленными обсуждениями, лишь подчёркивали глубину падения дома, который когда-то был символом силы и мудрости.

В воздухе витало ощущение неизбежного краха. Каждый смех, каждое легкомысленное слово, каждый пустой взгляд говорили о том, что дом Раур стоит на краю пропасти, а его наследники не только не пытаются удержать равновесие, но и подталкивают его к падению своими беспечными действиями.

Время требовало решительных действий, но семья была поглощена собственными удовольствиями, не замечая, как ускользает власть из их рук. Будущее дома висело на волоске, и только время покажет, сможет ли древняя династия возродиться или окончательно канет в небытие.

Раур поднялся из своего кресла во главе стола, его мрачное выражение лица усиливалось в свете светильников. Зал мгновенно затих, словно почувствовав надвигающуюся бурю. Вековые стены будто наклонились ближе, впитывая каждое слово своего повелителя.

— Довольно! — его голос прогремел, отразившись от сводчатых потолков.

— Я смотрел на ваши бесконечные балы, ваши пустые развлечения, ваши бессмысленные интриги слишком долго!

Все переглянулись, некоторые попытались спрятаться за веерами и бокалами. Старшее поколение напряглось, но не осмелилось прервать речь.

— Вы превратили наш великий дом в притон бездельников! — продолжал Раур, его глаза пылали гневом.

— Пока Кронос захватывает экономику, пока Мин порабощает целые народы, вы здесь считаете свои безделушки и сплетничаете о последних модных тенденциях!

Зал наполнился тяжёлым молчанием. Даже обычно болтливые придворные замерли, боясь привлечь внимание разгневанного дракона.

— Отныне всё меняется! — голос Раура звенел от решимости.

— Каждый из вас должен вспомнить о том, кто он. Довольно пустых развлечений. Финансовые потоки каждого члена дома будут пересмотрены. А все активы дома подлежат инвентаризации!

Он обвёл взглядом притихшую аудиторию, — Кто не готов служить дому — может уйти, сегодня, но помните: возврата не будет. Дом Раур больше не потерпит паразитов.

Сегодня я создам особую комиссию для проверки деятельности каждого члена семьи. Тайные счета, скрытые активы, незаконные сделки — ничто не останется незамеченным! Главой комиссии будет Патрик Лей и упаси каждого из вас скрыть от него что либо, это будет расцениваться как предательство дома со всеми неминуемыми последствиями.

Патрик Лей, стоявший невидимой тенью под одним из сводов семейного зала, смерил взглядом окружающих.

— А теперь, — Раур сделал паузу, — каждый из вас в течение недели представит подробный план своего вклада в возрождение дома. И пусть изначальные станут свидетелями: если планы окажутся пустыми обещаниями, последствия будут суровыми и неизбежными.

Судьба дома висела на волоске, и теперь каждый должен был решить: готов ли он измениться ради спасения былого величия или предпочтёт путь изгнания и забвения.

Дракон развернулся и направился к выходу, зал остался в гробовой тишине, нарушаемой лишь тихим позвякиванием драгоценностей и тяжёлым дыханием присутствующих. Его речь придала ему сил, ему показалось, что даже стены напитавшись его голосом воспряли и стали толще. Перед самой дверью Дракон вдруг обернулся, смерил взглядом окружающих, он скользил по лицам каждого, кто сидел за столом и в самом конце, остановился на Мирре. На его лице неожиданно появилась мягкая улыбка, — Мирра, душа моя, — проводи меня, — неожиданно мягко сказал он, покидая зал.

Мирра послушно, грациозно соскользнула со своего стула и растаяла в темноте дверного проема, оставляя родственников с их мыслями.

Мирра — хрупкая надежда дома Раур. Её юный возраст не позволял ей участвовать в делах семьи, но именно её судьба могла стать поворотным моментом в истории рода. Шестилетняя Мирра была воплощением невинности и чистоты. Её большие, широко распахнутые глаза цвета грозового неба, казалось, видели больше, чем позволял её юный возраст. В этих глазах читалась не по годам глубокая мудрость, словно в них отражалась память древних времён.

Тонкая фигурка девочки казалась почти невесомой. Её движения были плавными, почти танцевальными, будто она училась ходить среди облаков. Золотистые локоны, унаследованные от предков-драконов, обрамляли нежное личико с высокими скулами и чуть вздёрнутым носиком.

Характер у Мирры был необычным для её возраста. Она не проявляла типичного детского озорства, предпочитая наблюдать и размышлять. Её интересовали не обычные детские игры, а древние книги в библиотеке замка, загадочные артефакты и истории о драконах.

Интуиция девочки поражала даже старших членов семьи. Она часто говорила вещи, которые казались слишком сложными для шестилетнего ребёнка. Иногда она замолкала, словно прислушиваясь к чему-то далёкому, недоступному другим. Необычные способности начали проявляться с раннего детства, она чувствовала магию мира, что очень необычно для её возраста, она замечала детали, которые даже умудренные опытом старшие пропускали, она инстинктивное понимала как работают сложные артефакты и те немногие инструменты, которые достались дому из глубины веков.

Раур видел в ней нечто большее, чем просто ребёнка. В её поведении, в её взгляде он читал потенциал, который мог изменить судьбу всего дома. Он замечал, как она внимательно слушает разговоры взрослых, запоминает детали, которые кажутся незначительными, проявляет интерес к управлению и стратегии, и обладает удивительной способностью к обучению и самосовершенствованию.

И именно поэтому Раур давно уделял большое внимание и интерес к занятиям Мирры и они отличались от обычных детских развлечений, дополненные изучением свитков, медитацией, спортивными тренировками и другими занятиями, которые по мнению Дракона могли максимально раскрыть ее потенциал.

Но несмотря на всю серьезность серьёзность обучения, Мирра оставалась ребёнком — любила смеяться, играть с животными и создавать причудливые истории. Но даже в играх она проявляла необычайную мудрость и проницательность, что восхищало, но и беспокоило Дракона одновременно.

С каждым днем Раур все более связывал будущее дома с этой маленькой девочкой. Её потенциал, её необычность, её связь с древними силами возможно сможет сделать ее наследницей — она может стать тем самым поворотным моментом, который изменит судьбу всего дома. Но Мирра не дракон и это то единственно что отделяло ее от возможности стать следующей и впервые за все времена Дракон задумал немыслимое — превращение человека в дракона.

Эта мысль терзала его разум, словно заноза. Он лихорадочно перебирал в памяти древние свитки, легенды, предания — истина всегда оставалась неизменной: драконом нельзя стать, им можно только родиться.

Происхождение дракона — загадка, окутанная древностью времен. Рождение дракона в семье считалось величайшим благословением. Чаще всего драконы появлялись среди обычных людей, и лишь изредка их сущность проявлялась самостоятельно, словно пробуждаясь от долгого сна.

Поиск преемника стал главной целью всех великих домов. Помощники и маги были важны, но истинная ценность заключалась в обнаружении нового дракона — того, кто мог бы стать наследником власти. В последние столетия рождение молодого дракона в доме Мин, было единственным и возможно, именно свежая кровь давала этому дому силы для столь агрессивного расширения влияния.

Тайны Мин оставались непроницаемыми. После традиционного представления на общем собрании драконов семья тщательно оберегала информацию о своём новом наследнике. Даже опытные шпионы не могли добыть достоверных сведений о нём.

Прайм — наверное единственный, кто мог бы обладать хоть какой-то информацией. Его сеть шпионов охватывала весь мир, проникая даже в самые защищённые тайны. Возможно, стоит обратиться к нему? Обмен информацией мог стать ключом к разгадке тайны Мин-младшего и, возможно, дать Рауру преимущество в борьбе за выживание дома.

Время работало против Раура. Каждый день промедления мог стать роковым. Вопрос о будущем дома требовал немедленного решения. Мирра оставалась последней надеждой, но её судьба зависела от того, сможет ли Раур найти способ укрепить позиции рода до того, как будет слишком поздно.

Глава 9 - В Логове

Денис медленно обводил взглядом небольшую комнатку, в которой оказался. Пространство казалось одновременно примитивным и загадочным — словно фрагмент древнего сооружения, случайно перенесённый в современность.

Стены, выложенные из грубо обработанного камня, отливали глубоким иссиня чёрным цветом. Их поверхность была почти ровной, но при внимательном рассмотрении можно было заметить следы резца — будто кто то намеренно стесал неровности, оставив едва уловимые борозды. Холодный оттенок камня создавал ощущение подземного убежища, лишённого солнечного света.

Потолок вздымался на недосягаемую высоту — даже со стремянкой до него вряд ли удалось бы дотянуться. Его сводчатая форма наводила на мысли о старинном склепе или тайном храме. В воздухе витал слабый запах пыли и чего то древнего, будто время здесь застыло столетия назад.

В одной из стен были вырублены углубления, напоминающие полки. Они располагались асимметрично, на разной высоте, словно их создавали не по плану, а интуитивно. Все ниши оставались пустыми — лишь на самой нижней стояла лампа. Она тускло мерцала, излучая дрожащий желтоватый свет. Её дизайн напоминал керосиновую, но что то в ней настораживало: пламя не колыхалось, не было слышно ни шипения, ни запаха горючего. «Имитация?» — мелькнуло в голове Дениса. Но если так, то почему свет выглядит настолько натуральным? А если это настоящая керосиновая лампа — как она горит так долго без подпитки?

Пол укрывал ковёр — неожиданно мягкий, с высоким ворсом. Его насыщенный фиолетовый цвет казался почти живым, поглощая часть скудного света. На поверхности не было ни узоров, ни орнаментов — только глубокая монохромная гамма, от которой рябило в глазах. При каждом шаге нога утопала в пушистой ткани, создавая ощущение, будто ступаешь по облаку.

В комнате не было ни дверей, ни окон, ни намёка на то, как сюда попали. Лишь лампа, стены и тишина — густая, почти осязаемая, словно ещё один невидимый обитатель этого странного места.

— Где это я?.. — тихо произнёс Денис, озираясь по сторонам. Его голос прозвучал приглушённо, будто пространство поглощало звуки.

— Ты дома, — раздался ответ.

Голос обволок его мягко, почти нежно — таким могли бы говорить матери, убаюкивая ребёнка. Но источник звука был неопределим: казалось, сама комната шептала ему эти слова.

Денис невольно отступил на шаг, прижав ладонь к груди:

— А разве комнаты умеют разговаривать?.. — пробормотал он, и тут же осознал, что произнёс это вслух.

— Да, твоё логово умеет с тобой разговаривать и заботиться о тебе. Это часть нашей программы. Наверное, ты бы назвал это магией, но в этом нет ничего волшебного — просто технология, вроде тех, что в твоём телефоне, — так же ласково и непринуждённо ответила комната. В её тоне не было ни намёка на насмешку, лишь тёплое, почти человеческое участие. — Может, тебе хочется поесть и отдохнуть?

В тот же миг Денис ощутил острый приступ голода — словно тело только сейчас напомнило о себе. Он мысленно прокрутил последние часы: да, с той остановки на заправке он не взял в рот ни крошки. Желудок недовольно сжался, посылая ясный сигнал.

— Да, я бы поел, — согласился он, невольно сглатывая. — И кофе было бы здорово… Хотя бы с молоком. Такое возможно?

— Отчего же нет, — откликнулась комната с той же мягкой интонацией. — Моя задача — решать твои бытовые вопросы, Денис. Всё, что тебе нужно, — просто попросить.

В воздухе едва уловимо изменился аромат: к приглушённой свежести добавились тёплые нотки свежемолотого кофе и слегка поджаренного хлеба. Денис невольно втянул носом этот манящий запах, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает его плечи.

— А как… — начал он, но комната уже продолжила, словно предугадав вопрос:

— Не беспокойся о механике. Просто расслабься. Всё произойдёт само — так, как тебе будет комфортно. Ты ведь дома, Денис.

Не в самом центре комнаты, а чуть смещённо к левой стене, словно материализуясь из воздуха, возник небольшой круглый столик из светлого дерева с изящными изогнутыми ножками. Рядом плавно оформился стул с мягкой обивкой — будто кто то невидимый аккуратно собрал его из туманных частиц.

На столешнице, мерцая едва заметной дымкой, появилась трапеза. В первую очередь взгляд притягивала тарелка с тостами — они дымились, и можно было разглядеть, как от золотисто коричневой корочки поднимаются тонкие струйки горячего воздуха. Рядом стояла серебряная маслёнка с блестящей крышкой, из под которой виднелся бледно жёлтый брусок масла. Чуть поодаль обнаружился стеклянный сосуд с янтарным джемом, его густая текстура переливалась в приглушённом свете.

Не успели глаза Дениса охватить всё сразу, как рядом возникли ещё блюда: тарелка с тонко нарезанными ломтиками копчёной колбасы и мраморного сыра, другая — с яркими полосками свежих овощей и пучками зелени, от которой веяло прохладной свежестью. И наконец — большая керамическая кружка, точь в точь как та, что стояла у него дома на кухне. На поверхности кофе дрожала воздушная молочная пена, а на ней — тонкий узор, напоминающий портрет. При внимательном рассмотрении Денис узнал в нём собственные черты, но стилизованные под манеру залихватского бариста: взъерошенные волосы, озорной взгляд и лёгкая полуулыбка.

— Может, хочешь завтрак поплотнее? — мягко прозвучал голос комнаты, словно шелест тёплого ветра.

— А что, разве уже утро? — удивлённо спросил Денис, невольно потянувшись к кружке. От неё шёл успокаивающий аромат свежемолотого кофе с нотками карамели.

— Да, Денис. Скоро будет светать. Впереди целый день, — ответила комната с той же ласковой интонацией.

— Ну тогда я ещё не отказался бы от… — начал он, но не успел закончить.

Блюда на столе словно перегруппировались: тосты и закуски слегка сдвинулись к краям, а в центре возникла большая тарелка с глазуньей. Яичные белки были идеально поджарены до лёгкой золотистой корочки, а желтки оставались нежными и дрожащими. Рядом выстроились полоски хрустящего бекона, от которых поднимался аппетитный дымный аромат.

Денис замер, разглядывая это кулинарное чудо. В воздухе смешивались запахи свежеиспечённого хлеба, копчёного мяса и горячего кофе — настолько реальные, что у него заурчало в животе.

— Ты прям как будто понимаешь, что я хочу, — восторженно произнёс он, проводя пальцем по краю кружки. Тепло от керамики приятно согревало кожу.— Конечно. Я же тебя знаю, — ответила комната так тихо и ласково, что это напомнило ему шёпот близкого человека в полумраке, как выяснилось, утра.

***

— Ой! — вскрикнула Диана, резко оседая на обе коленки. Её движения выдали полную неожиданность происходящего: она явно не была готова к столь внезапной перемене обстановки. Пальцы судорожно вцепились в пол, будто пытаясь нащупать прежнюю реальность.

Денис, не успевший допить кофе, закашлялся, поперхнувшись от неожиданного появления спутницы. Кружка дрогнула в его руке, расплескав тёмную жидкость по скатерти.

— Как ты смогла сюда попасть?! — выдохнул он, едва восстановив дыхание.

— Не знаю… — начала Диана, но её прервал мягкий, обволакивающий голос комнаты.

— Она может тут находиться. Она же твой страж, твой постоянный спутник и защитник. Ей можно и положено здесь быть.

Диана медленно поднялась, оправляя одежду. Её взгляд метался по пространству, впитывая каждую деталь: иссиня чёрные стены, высокий сводчатый потолок, таинственно мерцающую лампу. Пальцы нервно теребили прядь волос — привычка, выдававшая волнение.— Где это мы? — спросила она тихо, и в её голосе смешались настороженность и любопытство.

— Мы у меня в логове, — пояснил Денис, стараясь говорить спокойно. Он кивнул на стол: — Завтракать будешь?

— А, я?.. — Диана замерла, её взгляд скользил между Денисом и накрытым столом. В жесте было что то неопределённое — то ли вопрос, то ли робкое согласие.

— Да, буду, — наконец произнесла она, чуть выпрямившись.

— Тогда садись, — Денис указал на стул напротив себя. Тот материализовался из воздуха с лёгким шорохом, будто соткался из тумана. Древесные узоры на ножках заиграли в свете лампы, а мягкая обивка приглашающе промялась.

Тарелки на столе плавно сдвинулись, освобождая место. Перед Дианой возникла небольшая фарфоровая тарелка с молочной кашей, от которой поднимался нежный пар. Рядом стоял стакан с розовато малиновой жидкостью, искрящейся мелкими пузырьками.

— Это… каша и сок малины из храма? — удивлённо протянула Диана, наклоняясь, чтобы вдохнуть аромат. Её глаза расширились от узнавания.

— Да, — ответила комната с той же ласковой интонацией. — Такая, как ты любишь.

Диана осторожно коснулась края стакана. Стекло было тёплым, почти живым. Она перевела взгляд на Дениса, и в её глазах мелькнуло что то неуловимое — благодарность, удивление, может быть, даже робкая радость.

Больше ребята не задавали вопросов. Они просто ели, наслаждаясь теплом еды и редким ощущением безопасности. Каша таяла на языке нежной сладостью, сок освежал малиновой свежестью, а кофе Дениса наполнял пространство уютным ароматом. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь звоном приборов, тихим дыханием и отдалённым шумом рассвета, пробивающегося сквозь невидимые стены.

Глава 10 - На галерке

Андрей Иванов, в узком кругу знакомых именовавшийся попросту «мистер Иванов», уже который день не находил себе места. Его кабинет на 27 м этаже небоскрёба, обычно служивший островком хладнокровного расчёта, теперь казался ловушкой: панорамные окна открывали вид на суетящийся город, но взгляд Андрея неизменно возвращался к разложенным на столе документам — схемам, шифровкам, спутниковым снимкам.

События ускорялись с пугающей стремительностью. Ещё вчера ситуация выглядела контролируемой: чёткие договорённости, взвешенные шаги, предсказуемые оппоненты. Сегодня же всё словно рассыпалось в руках — как песок, который не удержать даже в сжатых пальцах.

Суть конфликта крутилась вокруг секторных концессий — территорий, где несколько лет назад обнаружили месторождения редчайших минералов. Эти угодья, словно магнит, притягивали жадные взгляды: корпорации, государства, теневые синдикаты — все хотели урвать кусок. Шахматной партии давно не было — шла многоходовая игра без правил, где фигуры то и дело превращались в мишени.

«Патроны» — так неофициально называли клан, за которым стоял Иванов, — жаждали эксклюзивных прав на разработку. Но конкуренты не собирались отступать: в воздухе всё явственнее ощущался запах пороха. Вооружённый конфликт казался неизбежным, а это было катастрофой. В других регионах уже полыхали очаги напряжённости — ещё один фронт «патроны» просто не потянут.

Иванов знал: он — главный переговорщик. Его слово могло склонить чашу весов, его опыт десятилетиями гасил пожары там, где другие лишь подливали масла. Но за спиной «патронов» маячила тень — нечто большее, чем корпорация или политическая группировка. Кто то, чьи интересы оставались за кадром, чьи приказы передавались через зашифрованные каналы, чьи намёки звучали как предупреждения.

Однажды Андрей попытался копнуть глубже. Всего один шаг за черту — и в его кабинете появился конверт. Без марки, без адреса, лишь тонкий лист бумаги с лаконичной фразой:

«Любопытство — роскошь, которую вы не можете себе позволить. Подумайте о тех, кто рядом».

Смысл был ясен: речь не только о нём. О семье, о коллегах, о людях, чьи судьбы переплелись с его собственной. О тех, кого он — пусть и сдержанно, по своему — действительно ценил. «До третьего колена», как изящно намекнули. А это сотни жизней.

За последние годы Иванов подобрался к грани истины ближе, чем кто либо из его окружения. Он видел шифры, слышал обрывки разговоров, замечал несостыковки в официальных отчётах. Ему хотелось заглянуть за завесу, понять, кто дирижирует этой симфонией интересов. Но каждый раз, когда рука тянулась к запретному, внутренний голос шептал: «Не сейчас. Не ценой их безопасности».

Он снова взглянул на карту сектора. Красные метки — зоны влияния. Жёлтые — спорные территории. Чёрные — «мёртвые зоны», где уже гибли люди.

«Мирным путём, — повторил он про себя. — Хотя бы попытаться».

Но даже ему, мастеру компромиссов, было ясно: время уходит. И скоро придётся выбирать — между долгом, безопасностью близких и жаждой знать правду.

Андрей подошёл к столу, машинально провёл ладонью по отполированной поверхности — привычная пауза перед решительным шагом. Пальцы нащупали холодную кнопку селектора; он надавил, и тихий щелчок разорвал напряжённую тишину кабинета.

— Я выхожу. «Мне нужна машина через пять минут», —произнёс он чётко, без лишних интонаций. Голос звучал ровно, но в груди теплилось странное ощущение: будто воздух стал гуще, а время — вязким.

Едва он убрал палец с кнопки, в сознании мелькнуло: «Это начало отсчёта». Последние пять минут, в которых он ещё мог называть себя хозяином ситуации. Последние пять минут, когда решения принимал он.

Лифт бесшумно опустил его на уровень −2. Двери разошлись с едва слышным шипением, и Андрея окутала характерная прохлада бетонного пространства — запах металла, машинного масла и едва уловимой сырости. Он шагнул к привычному месту, где всегда ждал чёрный седан с затемнёнными стёклами.

Но сегодня что то было не так.

В воздухе висела неестественная тишина — ни гула двигателей, ни отдалённых голосов охранников. Только эхо его шагов отдавалось глухим ритмом.

И тогда из тени между колоннами выступила фигура.

Человек был словно вырезан из ночи: строгий чёрный костюм без единого блика, волосы аккуратно зачёсаны назад, лицо — будто слепок с тысячи других лиц. Ни шрамов, ни особых примет, ни даже намёка на эмоции. Только глаза — холодные, как сталь, — удерживали взгляд Андрея.

— Мистер Иванов? — произнёс незнакомец.

Вопрос звучал как утверждение. Формальность, призванная подтвердить личность, а не запросить её.

Андрей замер. В голове пронеслись варианты: отказаться, потребовать объяснений, вызвать охрану. Но что то в осанке незнакомца — в этой абсолютной неподвижности, в чуть наклонённой голове — подсказало: любые слова будут лишними.

— Да, — ответил он, стараясь сохранить ровный тон.

— Я прошу вас проследовать со мной, — проговорил человек. Голос был лишён оттенков — ни угрозы, ни вежливости. Просто факт.

Андрей усмехнулся про себя. Проследовать? С кем? Куда? Но вслух спросил другое:

— Почему вы решили, что я соглашусь?

Незнакомец не дрогнул. Ни намёка на раздражение, ни тени сомнения.

— Потому что это в ваших интересах, — ответил он так же бесстрастно. — И мы знаем, что вы в любом случае согласитесь. Потому что у вас всё равно нет иного выбора.

Эти слова повисли в воздухе, как тяжёлый занавес.

Андрей медленно выдохнул. Нет иного выбора? Он всегда считал, что выбор есть всегда. Даже если это выбор между предательством и смертью, между ложью и правдой, между долгом и совестью. «Нет выбора» — лишь способ оправдать принятое решение, — напоминал он себе не раз. Но сейчас… сейчас что то изменилось.

Он оглядел парковку — пустые машины, тусклые лампы, тени, тянущиеся к ногам. Где охрана? Почему нет камер? Вопросы множились, но ответы тонули в холодной ясности: это уже не его игра.

— А какого чёрта, — пробормотал Андрей, скорее себе, чем незнакомцу.

И шагнул вперёд.

Фигура в чёрном развернулась без лишних движений и направилась к дальнему тупику парковки — туда, где стена смыкалась с бетонным выступом. Андрей последовал за ней, чувствуя, как каждый шаг отдаётся в висках.

Когда они подошли к глухой стене, незнакомец приложил ладонь к незаметной панели. Бетон плавно разъехался, обнажив узкий проход, освещённый холодным синим светом.

Андрей остановился на границе света и тени. Последний рубеж.

— Вы уверены, что это в моих интересах? — спросил он, оборачиваясь.

Незнакомец впервые позволил себе лёгкий кивок.

— Более чем.

И Андрей переступил черту.

Коридор оказался коротким — ровно сто метров безликого, стерильного пространства. Гладкие серые стены без единого выступа, приглушённый свет потолочных панелей, мерный гул вентиляции где то за обшивкой. Андрей невольно считал шаги: раз, два, три… — будто пытаясь уловить ритм этого места, понять его логику. Но коридор молчал, лишь эхо послушно повторяло каждый шаг.

За поворотом открылось помещение, напоминающее гараж. Только без привычного запаха бензина и металла — здесь пахло стерильностью, как в операционной. Под высокими потолками стояли три чёрных джипа, идеально выстроенные в линию. Их глянцевые кузова отражали свет, но не давали ни блика — словно поглощали его.

Сопровождающий без лишних слов направился к среднему автомобилю. Его движения были до странности синхронными — ни суеты, ни колебаний. Дверца распахнулась с тихим шипением гидравлики, приглашая Андрея внутрь.

Когда он опустился на задний диван, то сразу почувствовал: он не один. Слева, точно в той же позе, сидел ещё один человек в строгом костюме. Тот же безликий облик, те же холодные глаза, тот же нейтральный запах — будто их создавали по одному шаблону. Андрей на мгновение задержал взгляд на незнакомце, но тот даже не моргнул.

Хлопок двери отрезал их от внешнего мира. В ту же секунду все три джипа плавно тронулись, бесшумно вливаясь в уличный поток. Андрей машинально потянулся к карману, достал телефон — привычный жест, попытка ухватиться за реальность. Пальцы нащупали холодный экран, он нажал кнопку включения…

— Ваш телефон не будет тут работать, — раздался ровный голос слева.Андрей обернулся. Человек даже не повернул головы — говорил, глядя вперёд, словно обращался к лобовому стеклу.

— Предлагаю вам убрать телефон и больше не доставать его. Считайте, что у вас его нет.

Тон был вежливым, но в нём звенела сталь — не просьба, а инструкция. Андрей медленно опустил руку, сжимая в пальцах бесполезный теперь аппарат.

Джипы неслись по шоссе, виртуозно лавируя в потоке машин. Казалось, дорога сама расступается перед ними: светофоры сменялись зелёным, полосы освобождались, словно по невидимому сигналу. Андрей попытался разглядеть пейзаж за окном, но стёкла были глухими — ни снаружи, ни изнутри ничего не разглядеть. Лишь размытые огни, мелькающие силуэты зданий, ощущение скорости без ориентиров.

Паника, липкая и холодная, начала просачиваться в сознание. Он сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Куда? Зачем? Кто они? Вопросы крутились в голове, но ответов не было. Только мерный гул двигателя, ровное дыхание соседа и ощущение, что он уже давно перестал управлять своей судьбой.

Андрей давно потерял счёт времени. Часы, минуты, секунды — всё слилось в монотонный поток движения, приглушённых звуков и стерильного света салона. Он уже не пытался угадать маршрут, не вглядывался в невидимый за тонированными стёклами мир — просто существовал в этой искусственной реальности, где каждое действие было предрешено за него.

Машина мягко замедлила ход и остановилась. В тот же миг дверь рядом с ним распахнулась — и в салон ворвались звуки внешнего мира: гул голосов, рёв двигателей, ритмичные сигналы погрузочных машин, отдалённый рёв турбин. «Аэропорт…» — мелькнула догадка, но она тут же растворилась в потоке новых впечатлений.

Рядом стоял очередной сопровождающий — такой же безликий, с невыразительным лицом и безучастным взглядом. Его костюм, идеально выглаженный, казался частью единого шаблона: ни деталей, ни индивидуальности. Андрей даже не удивился. Всё происходящее уже укладывалось в странную, но чёткую логику — логику, где он был лишь пешкой.

Сопровождающий жестом указал на трап небольшого частного самолёта, припаркованного вдали от основных терминалов. Ступени были узкими, но прочными; каждый шаг отдавался глухим стуком в груди. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь едва уловимым гулом систем жизнеобеспечения.

Салон поражал простором и уютом: мягкие кожаные кресла, приглушённый свет, деревянные панели, отполированные до зеркального блеска. Андрея провели к одному из кресел — огромному, с высокой спинкой и регулируемыми подлокотниками. Он опустился в него, чувствуя, как тело утопает в идеальной анатомической форме.

Почти сразу появился стюард — в безупречной униформе, с вежливой, но безличной улыбкой.— Что предпочтете? Кофе, чай, минералку? — спросил он, не дожидаясь ответа, поставил на откидной столик перед Андреем маленький серебряный поднос с тремя чашками.

Затем стюард положил рядом с подносом небольшой чёрный лоскут бархата, аккуратно сложенный.

— Наденьте на глаза, пожалуйста, когда будем взлетать, — произнёс он тем же ровным, лишённым эмоций голосом.

Андрей посмотрел на бархатную повязку. В ней не было угрозы — лишь ещё один элемент этого безукоризненно выстроенного ритуала. Он не стал спорить, не стал задавать вопросов. Просто поднял ткань, приложил к глазам и закрепил за ушами. Бархат оказался удивительно мягким, полностью блокирующим свет.

Самолёт начал движение — плавно, почти незаметно. Лишь лёгкое дрожание корпуса и нарастающий гул двигателей говорили о том, что они набирают скорость. Затем — мягкий толчок, и тело Андрея слегка вдавило в кресло. Взлёт.

В первые минуты в голове ещё метались обрывки мыслей: «Куда мы летим? Кто стоит за всем этим? Что ждёт дальше?» Но вопросы растворялись в монотонном гуле турбин, в убаюкивающем ритме полёта. Усталость, накопленная за дни неопределённости, взяла своё. Глаза под бархатной повязкой закрылись, дыхание стало ровным, и Андрей погрузился в глубокий, беспробудный сон.

Он проснулся от лёгкого толчка — шасси коснулись взлётно посадочной полосы. Самолёт замедлился, свернул на рулёжную дорожку, затем остановился. Тишина, нарушаемая лишь приглушённым шумом двигателей на холостом ходу, окутала салон.

Стюард появился бесшумно — словно материализовался из воздуха. Он мягко коснулся локтя Андрея.— Я помогу вам покинуть самолёт. Не снимайте повязку, пожалуйста.

Андрей кивнул — скорее по инерции, чем осознанно. Его провели по трапу вниз, где снова ждал автомобиль. Дверь открылась, он опустился на заднее сиденье. Салон был таким же безмолвным, как и прежде: ни музыки, ни разговоров, ни даже шороха шин по асфальту.

Поездка длилась долго — или коротко? Время снова потеряло смысл. Андрей сидел, ощущая лишь плавное покачивание машины, редкие повороты, едва уловимые изменения наклона.

Наконец автомобиль остановился. Дверь распахнулась, и в салон проник холодный воздух — свежий, с лёгким запахом хвои и влажной земли.

— Приехали, — произнёс кто то рядом. Голос был новым, но столь же безликим, как у всех остальных.

Андрей не стал спрашивать, куда именно. Он знал: ответы придут, когда это будет нужно. А пока — оставалось лишь следовать.«Вы можете теперь снять повязку», — прозвучал ровный, спокойный голос где то сбоку.

Андрей медленно стянул бархатную ленту. Сначала перед глазами вспыхнули размытые пятна света, потом очертания начали проясняться. Он моргнул, привыкая к дневному сиянию, и замер.

Горы. Они окружали его со всех сторон — могучие, неприступные, с белоснежными шапками, сверкающими под солнцем, как кристаллы льда. Воздух был прозрачным, почти звенящим, с лёгкой горчинкой хвои и свежестью высокогорья.

Но главное — замок. Он возвышался на скалистом уступе, словно вырос из самой горы. Древние каменные стены, покрытые сединой веков, узкие бойницы, массивные башни, увенчанные черепичными крышами. Архитектура смешивала стили: то ли романский, то ли ранний готический, с вкраплениями более поздних перестроек. Замок не выглядел музейным — он жил, дышал, будто древний страж, хранящий тайны.

Автомобиль остановился не у главного входа, а у боковых ворот, и это позволило Андрею в деталях разглядеть прилегающую территорию. Аккуратно подстриженные лужайки спускались уступами к небольшому пруду, где плавали лебеди, оставляя за собой лёгкие волны. Вдоль дорожек высились вековые сосны, их смолистый аромат смешивался с прохладой горного воздуха. Каменные статуи, полускрытые кустарником, казались стражами, наблюдающими за каждым шагом.

Рядом с машиной стоял человек. Он резко отличался от безликих сопровождающих: немолодой мужчина с открытым лицом, живыми карими глазами и лёгкой сединой в волосах. Его одежда — твидовый пиджак, шерстяные брюки, кожаные ботинки — выглядела по домашнему уютной, словно он вышел на прогулку по собственному саду.

Прежде чем Андрей успел задать хоть один вопрос, мужчина произнёс:

— Меня зовут Патрик Лей. Вам организована встреча с одним человеком. Однако в настоящий момент он не может уделить вам время. Ваша встреча назначена на завтра, сразу после полудня.

Его голос звучал вежливо, но твёрдо — без намёка на извинения, лишь констатация факта.

— Мы подготовили для вас комнату в замке. Пойдёмте, я вам её покажу. Для вашего удобства мы назначим вам стюарда — он организует ваш отдых, пока вы находитесь здесь. А теперь прошу вас пройти со мной.

В его манере не было угрозы, но и свободы выбора тоже. Это была вежливая, безупречно выстроенная неизбежность.

Двери распахнулись, и Андрей переступил порог. Замок поражал монументальностью даже снаружи, но внутри он стал ещё величественнее. Пространство тонуло в полумраке, разбавленном лучами света, пробивающимися сквозь узкие окна. Каменные своды уходили ввысь, а под ногами лежал старинный паркет, отполированный до зеркального блеска.

Они двинулись по галереям, украшенным гобеленами с выцветшими сценами охоты и битв. В воздухе витал запах воска, дерева и чего то неуловимо древнего — будто сам замок хранил воспоминания столетий.

Несколько лестничных пролётов, каждый — с резными балясинами и перилами, отполированными тысячами прикосновений. Ступени слегка поскрипывали, напоминая, что это не музей, а живое пространство.

Наконец они остановились перед массивной дубовой дверью, украшенной железными скобами. Патрик открыл её, впуская Андрея внутрь.

Помещение оказалось не слишком большим, но с высоченным потолком, украшенным лепниной в виде виноградных лоз. В глубине виднелись несколько дверей — видимо, в смежные комнаты или гардеробную.

— Тут я вас оставлю, — сказал Патрик, останавливаясь у порога. — Если у вас есть вопросы?

Андрей уже открыл рот, чтобы спросить о возможности позвонить, но Патрик опередил его:

— У вас нет возможности связаться с внешним миром или получить доступ в интернет, пока вы находитесь на территории замка.

В этот момент сзади послышались шаги. Андрей обернулся.

— Это ваш стюард, — представил Патрик безликого человека, появившегося в дверях. — Обращайтесь к нему, если вам что то будет необходимо. Ваш ужин и завтрак пройдут в ваших апартаментах. Если захотите прогуляться по территории замка, попросите стюарда — он вас сопроводит.

Стюард молча склонил голову. Его лицо, как и у предыдущих сопровождающих, не выражало ничего — ни дружелюбия, ни враждебности. Просто функция.

— А теперь я вас оставлю, — продолжил Патрик с лёгкой улыбкой. — Ну, не грустите вы так. Считайте, что у вас внезапный отдых. Постарайтесь расслабиться.

Он вышел, оставив Андрей наедине со стюардом.

— Я могу что-то для вас сейчас сделать? — вежливо осведомился стюард.

— Пожалуй, я хотел бы побыть один, — ответил Андрей.

— Как скажите, — сказал стюард, — если вам что-то понадобится, на столе стоит колокольчик, вам нужно только позвонить. Ужин будет в семь часов вечера.

Стюард вежливо поклонился и бесшумно вышел, и также бесшумно закрыл за собой дверь, оставляя Андрея наедине с самим собой. Тишина замка окутала его, как тяжёлое одеяло. Где то вдали, за стенами, шумел ветер в кронах сосен. В камине, который он только сейчас заметил, тлели угли, отбрасывая дрожащие блики на каменные стены.

Он подошёл к окну. За толстым старинным стеклом, в обрамлении резных каменных наличников, простирались горы — величественные, неприступные, окутанные лёгкой дымкой. Их заснеженные вершины сверкали в лучах солнца, бегущего к закату, а тени в ущельях становились всё длиннее, будто природа неспешно натягивала на себя вечерний покров. Горы были вечны, молчаливы и абсолютно равнодушны к судьбе одного единственного человека, замершего по ту сторону стекла.

«Ну что ж… Отдых так отдых», — мысленно усмехнулся Андрей, отворачиваясь от окна.

Он подошёл к одной из дверей, ведущих в смежную комнату, и толкнул тяжёлую дубовую створку. За ней оказалась спальня — просторная, но уютная, с огромной кроватью. Резное изголовье украшали изображения лесных зверей и виноградных лоз, а само ложе выглядело так, словно сошло со страниц средневековой сказки.

Андрей рухнул на кровать. Пружины едва слышно проскрипели, принимая его вес, а мягкий матрас тут же принял форму тела. Он уставился в потолок, изучая лепнину: затейливые завитки, цветочные мотивы, крошечные ангелочки, будто застывшие в вечном танце. Мысли метались, пытаясь сложить воедино события последних дней, но разрозненные фрагменты никак не желали складываться в цельную картину.

«Бесполезно», — наконец решил он, резко садясь. — «Сначала — осмотреть апартаменты».

Следующая дверь скрывала небольшую гардеробную. Внутри царил безупречный порядок: костюмы разных фасонов висели на деревянных плечиках, белоснежные сорочки аккуратно сложены на полках, а в углу стояло элегантное шерстяное пальто. Каждая вещь выглядела новой, будто её только что доставили из лучшего ателье. Андрей провёл рукой по ткани одного из твидовых костюмов — материал был плотным, но удивительно мягким, с едва заметным узором «ёлочка».

За третьей дверью обнаружилась ванная комната — просторная, с мраморной отделкой и тёплым полом. В центре стояла огромная ванна на когтистых лапах, рядом — отдельный душ с множеством форсунок, а у стены — раковина из цельного куска какого-то темного камня. На полочках выстроились флаконы с ароматами хвои, сандала и цитруса, а в воздухе витал лёгкий запах лаванды.

«А пожалуй, я прогуляюсь», — решил Андрей, чувствуя, как в нём просыпается любопытство.

Он решительно направился к столу, на котором блестел маленький серебряный колокольчик. Едва Андрей коснулся его, дверь бесшумно отворилась, и на пороге возник стюард — всё такой же безучастный, с идеально прямой спиной и нейтральным выражением лица.

«Он что, за дверью стоял?» — мелькнуло у Андрея, но он тут же отогнал эту мысль.

— Я бы прогулялся, — произнёс он вслух.

— Как вам будет угодно, — ответил стюард с безупречной вежливостью.

— Однако я осмелюсь предложить вам переодеться в твидовый костюм и взять с собой пальто. К вечеру здесь становится прохладнее, особенно у озера.

Андрей уже открыл рот, чтобы возразить — мол, он сам решит, что ему надеть, — но стюард словно прочитал его мысли:

— Не беспокойтесь, вся одежда в гардеробной вашего размера. Вам будет комфортно. Я буду ждать вас за дверью, пока вы переоденетесь.

Не дожидаясь ответа, он вышел, тихо закрыв за собой дверь.

Андрей постоял мгновение, затем пожал плечами и направился в гардеробную. Он выбрал предложенный твидовый костюм — тот действительно оказался впору, словно его шили специально для него. Пальто приятно холодило руки, а шерстяная ткань обещала надёжную защиту от вечерней свежести.

Когда он вышел, стюард стоял у двери, словно и не двигался с места.

— Следуйте за мной, — произнёс он и направился к выходу.

Они спустились по винтовой лестнице, прошли через зал с огромным камином, в котором тихо потрескивали дрова. Тяжёлые дубовые двери распахнулись, и Андрей опять оказался снаружи.

Глава 11 - Перекресток параллельных линий

Пока Седрик витал в облаках, погружённый в свои размышления, Эльза достала смартфон — глянцевый чёрный аппарат с едва заметной гравировкой по краю. Она покрутила его в пальцах, многозначительно прищурилась, будто взвешивая в уме все «за» и «против», затем решительно набрала номер.

— Привет, подруга! — её голос зазвучал теплее, чем обычно. — Говорят, ты уже где то рядом?

— От тебя никак не скроешься, — раздался в трубке знакомый насмешливый тон. — И откуда только слухи разлетаются быстрее ветра?

Эльза усмехнулась, поправив прядь волос, упавшую на лицо:

— Не хочешь встретиться? Выпить по чашке чего нибудь горячего? У меня как раз выдалось окно между делами.

— Отчего же не встретиться, — неожиданно легко согласилась собеседница. — Почему бы и нет.

Седрик, словно вынырнув из глубин собственных мыслей, резко повернул голову. Его взгляд — вопросительный, чуть настороженный — упёрся в Эльзу. Она лишь подмигнула ему, не прерывая разговора.

— Ну хорошо, — продолжила Эльза, глядя на Седрика с лёгкой ухмылкой. — Мы ждём тебя с Седриком на обычном месте.

— Хорошо, — без колебаний ответили в трубке. — Скоро буду.

Эльза нажала кнопку отбоя, медленно убрала телефон в карман и смерила Седрика долгим, многозначительным взглядом. Тот, в свою очередь, приподнял брови — выразительно, почти театрально, — словно говоря: «Ну? Теперь твоя очередь объяснять».

— Я позвала Лану на встречу, — наконец бросила Эльза, явно считая, что этого достаточно.

Но Седрик не собирался сдаваться так легко. Он скрестил руки на груди, откинулся на спинку кресла и произнёс с напускным спокойствием:

— Как бы подробностей не помешало. И… зачем именно Лана?

Эльза вздохнула, будто размышляя, стоит ли раскрывать карты. Затем, словно приняв решение, ответила:

— Лана многое знает. И много что умеет. — Она сделала паузу, давая словам осесть в воздухе. — К тому же… отец попросил с ней договориться об уступках в некоторых делах.

— Каких делах? — Седрик наклонился вперёд, его голос звучал настороженно. — Или мне это не положено знать?

— Ну почему же, — Эльза слегка пожала плечами, но в её глазах мелькнуло что то неуловимое — то ли сомнение, то ли скрытая усмешка. — Тебя никто не просит пойти погулять. Но я пока не буду сильно распространяться. Если отец решит, он сам тебе всё расскажет.

— А то, что ты не имеешь права слушать, он этого не говорил, — с лёгкой иронией добавил Седрик, но в его взгляде читалась настойчивость.

Эльза лишь улыбнулась — коротко, загадочно — и перевела взгляд в окно, где за стеклом медленно опускались сумерки.

— Всё будет зависеть от того, как пройдёт встреча, — произнесла она наконец. — А пока… давай просто дождёмся Лану.

Дверь кафе распахнулась с лёгким скрипом, и тут же раздался мелодичный звон — крошечный латунный колокольчик, подвешенный к притолоке, откликнулся на движение воздуха. Седрик невольно напрягся, проследив за потоком входящих: в проёме возникла Лана.

Она вошла так, словно скользила по невидимой шёлковой нити — лёгкая, изящная, с той особой грацией, которая рождается не из заученных движений, а из врождённого чувства равновесия. Её длинное пальто из тонкого кашемира едва колыхалось при ходьбе, а волосы, уложенные в небрежную, но продуманную причёску, ловили отблески ламп.

Лана не спеша приблизилась к их столику у окна, за которым сидели Эльза и Седрик. Без лишних слов она опустилась на свободный стул между ними — плавно, почти ритуально, будто исполняла заранее отрепетированный жест.

— Ну, рассказывай, подруга, — пропела она, и её голос наполнил пространство кафе особой интимностью. — Что у тебя нового?

Седрик замер.Это начало его насторожило.

Между Домами не было открытой вражды — формально. Но и прямых контактов тоже не существовало. Все взаимодействия происходили через посредников: юристов, банкиров, «нейтральных» переговорщиков. А этот доброжелательный тон, эта непринуждённая фраза — «Ну, рассказывай, подруга» — говорили о том, что женщины встречались не впервые. Более того — между ними явно существовала негласная связь, не сводимая к случайному знакомству.

Он незаметно сжал пальцы под столом, пытаясь осмыслить происходящее. Что общего может быть между отпрысками двух Домов, интересы которых регулярно сталкиваются? И далеко не всегда эти столкновения завершались мирно.

Последнее противостояние вышло особенно кровавым.

Всё началось со спора о правах на разработку месторождений в долине. Переговоры зашли в тупик, затем последовали провокации, утечки информации, тайные сделки. В итоге — короткая, но жестокая война, где обе стороны потеряли людей, но Дом Кроноса сумел вырвать победу. Теперь на карте региона появилась новая граница: территория, которая последние двести лет считалась вотчиной Дома Мин, частично перешла под контроль Кроносов.

И вот теперь Лана сидит напротив Эльзы, улыбается, как будто между ними нет ни старых обид, ни свежих шрамов. Как будто не было тех ночей, когда Седрик лично проверял системы безопасности, ожидая диверсии.

— О, у меня много всего, — ответила Эльза, слегка наклонив голову. Её пальцы, украшенные тонкими кольцами, медленно обводили край чашки с чаем. — Но сначала — расскажи, как ты. Как твой отец?

Лана усмехнулась — едва заметно, уголком губ:

— Всё как обычно. Он не любит перемен. Но, знаешь… иногда перемены приходят сами.

Её взгляд скользнул по Седрику — быстро, почти незаметно, но он почувствовал, как внутри что то сжалось. В её глазах читалась не просто вежливость. Это было знание. Знание, которого у него не было.

— Перемены, — повторила Эльза, и в её голосе прозвучала странная многозначительность. — Да, они всегда приходят. Вопрос лишь в том, готовы ли мы их принять.

Кафе вокруг жило своей жизнью: звякали чашки, перешёптывались посетители, играла тихая джазовая мелодия. Но для Седрика всё это вдруг стало фоном. Главное происходило здесь — в полутонах, в паузах, в словах, которые звучали слишком легко для того, что скрывали под собой.

— Ты знаешь, подруга, — продолжила Эльза, неспешно помешивая ложечкой чай. Её движения были размеренными, почти ритуальными, будто она взвешивала каждое слово. — У нас… необычная ситуация.

Лана чуть наклонила голову, хитро прищурила глаза и мельком взглянула на Седрика. В её взгляде читалась лёгкая насмешка, словно она уже знала, к чему идёт разговор.

— Вы упустили дракона? — спросила она, и в голосе прозвучала не столько упрёка, сколько холодного любопытства.

— Да, — выдохнула Эльза, опустив взгляд на пар, поднимающийся над чашкой. — Птичка упорхнула, увы. Но, как ты понимаешь, он не имеет отношения к нашим или двум другим домам. Поэтому отец предлагает объединить усилия.

Седрик, до этого молча слушавший разговор, поперхнулся и закашлялся. Чашка в его руке дрогнула, едва не пролив горячий напиток на скатерть. В голове молнией пронеслась мысль: «Над ним сгущаются тучи?»

Эльза бросила на него короткий взгляд — не раздражённый, а скорее усталый — и добавила:

— Отец давно тебя ни в чём не обвиняет.

Эта фраза словно выбила ещё одну опору из под его спокойствия. Седрик сжал пальцы в кулак, пытаясь унять внутреннюю дрожь. «И всё это стоит говорить при Лане?» — мелькнуло у него.

— Седрик, хватит расстраиваться, — мягко, но твёрдо продолжила Эльза. — Ситуация действительно нестандартная, и отец правда не считает тебя виноватым. Я серьёзно.

Он хотел было возразить, но не успел — Лана наконец заговорила:

— Я согласна. Ситуация и правда была неожиданной. Никто не верил, что детские сказки вдруг могут ожить — и ещё так изящно воплотиться в жизнь. Но если вы намерены его разыскать, то сейчас это уже вряд ли случится. Дракон… не на земле.

— То есть… как «не на земле»? — пробурчал Седрик, нахмурившись. — Как такое возможно?

Лана лишь отмахнулась, словно он задавал наивный вопрос:

— Пока не знаю точно. Мы не смогли проследить его до конца. Его след теряется недалеко от города, на одной из заправок. Как будто испарился.

— А такое разве возможно? — всё ещё не унимался Седрик.

— Ну что ты как маленький! — нервно перебила его Эльза, резко поставив чашку на блюдце. Звук получился неожиданно громким в приглушённой атмосфере кафе. — Это же дракон. Всё возможно.

Она сделала паузу, давая словам осесть, затем продолжила уже спокойнее:

— Именно поэтому отец предлагает заключить временное перемирие и попробовать вдвоём разгадать загадку.

В кафе на мгновение повисла тишина. За соседним столиком смеялись двое мужчин, официант пронёс поднос с десертами, где то за окном проехала машина, оставив после себя едва уловимый гул. Но для троих за столиком всё это стало фоновым шумом — незначительным, далёким.

Лана медленно кивнула, её пальцы скользнули по краю бокала с минеральной водой:

— Временное перемирие… Да, это разумно. Но предупреждаю: если ваш дракон решит вернуться, последствия могут быть непредсказуемыми.

Седрик наконец обрёл дар речи:

— А если он не вернётся? Что тогда?

Эльза и Лана переглянулись. В их взглядах промелькнуло что то неуловимое — то ли понимание, то ли молчаливый уговор.

— Тогда, — произнесла Лана, — нам придётся искать его там, где мы пока не готовы искать.

— Но этого не произойдёт, — продолжила Лана, задумчиво проводя пальцем по краю бокала. В её глазах мелькали отблески ламп, придавая взгляду загадочное мерцание. — Дракон рано или поздно вернётся. Вопрос в том — где, как скоро и что нам, в принципе, с этим делать.

Она сделала паузу, взвешивая каждое слово, затем добавила:

— Если верить сказкам нашего дома, возвращение дракона не сулит нам ничего особо приятного. Поэтому было бы очень неплохо как то подготовиться.— Согласна, — кивнула Эльза, аккуратно складывая салфетку на коленях. Её движения были точными, выверенными — словно она репетировала этот разговор заранее. — Отец предлагает встречу на острове.

— Ого! — невольно вырвалось у Седрика. Он даже не попытался сдержать возглас, и теперь сидел, широко раскрыв глаза, осознавая масштаб происходящего.

Встреча на острове… Это не просто переговоры — это событие высшего уровня. Остров был одним из самых секретных обиталищ дома Кронос. Там находилось второе укрытие — место, куда допускались лишь избранные. Там, в глубине древних катакомб, оборудованных по последнему слову техники, Кронос проводил переговоры с теми немногими, кто был вхож в дом.

— Хорошо, — спокойно ответила Лана, будто новость её ничуть не удивила. — Когда?

— Послезавтра? — не столько спросила, сколько предположила она, словно заранее знала ответ.

— Да, послезавтра, — подтвердила Эльза. — Мы пришлём ключ.

Слово «ключ» повисло в воздухе, обретя почти материальную тяжесть. Это было не просто устройство — это был пропуск в защищённое пространство, проводник сквозь слои иллюзий и барьеров, возведённых домом. Ключ не просто открывал двери — он создавал их.

— С нашей стороны будет трое, — бросила Лана, глядя прямо в глаза Эльзе.

— Это всё? От меня? — уточнила Лана с лёгкой улыбкой.

— Не всё, — продолжила Эльза, чуть наклонив голову. — Отец готов уступить вам долину.

На этот раз даже Лана слегка приподняла брови, хотя её лицо тут же вернулось к бесстрастному выражению.

— С чего такая щедрость, о великий дом Кронос? — в голосе Ланы прозвучала едва уловимая ирония, но в глазах не было насмешки — только холодный расчёт.

— Хотим сделать ответный жест, — спокойно пояснила Эльза, — за то, что согласились с нашим предложением.

В кафе снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь отдалённым звоном посуды и приглушёнными разговорами других посетителей. Но для троих за столиком этот мир словно перестал существовать. Они стояли на пороге чего то большего — не просто переговоров, а события, которое могло изменить баланс сил между домами.

Седрик молча наблюдал за диалогом, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Что ещё скрыто за этими словами? Какие условия не озвучены? Он понимал: это не просто сделка — это начало новой игры, правила которой пока оставались для него тайной.

— Тогда я, с вашего позволения, упорхаю! — с лёгким смехом прощебетала Лана, изящно приподнимаясь со стула. Её движения были настолько плавными, что казалось, будто она не идёт, а скользит над полом. Лёгкий шлейф духов — тонкий аромат жасмина и сандала — остался в воздухе после того, как она направилась к выходу. У двери Лана на мгновение обернулась, бросила мимолетный взгляд на Седрика и Эльзу, улыбнулась — загадочно, многозначительно — и исчезла за стеклянной створкой, которая тихо звякнула колокольчиком на прощание.

Седрик проводил её взглядом, затем медленно повернул голову к Эльзе. В его глазах читалось нечто среднее между недоумением и упрямым непониманием. Он приоткрыл рот, словно собирался задать вопрос, но так и не произнёс ни слова — лишь нахмурился, сжимая и разжимая пальцы на краю стола.

— Пойдём, — твёрдо сказала Эльза, вставая со стула. Её голос звучал спокойно, но в нём ощущалась стальная нотка — та самая, что всегда появлялась, когда дело касалось семейных обязанностей. — Нам нужно готовиться к встрече. Отец попросил подготовить остров к прибытию Мин. Завтра нам уже нужно быть там.

Она поправила рукав пальто, машинально проверила, на месте ли тонкий серебряный браслет на запястье — привычный жест, выдававший внутреннее напряжение.

— Сферу я не брала, — продолжила Эльза, направляясь к выходу. — Придётся лететь обычным самолётом до источника. Оттуда нас заберёт мастер.

Седрик молча последовал за ней, но его взгляд всё ещё был полон невысказанных вопросов. Он хотел было что то возразить, но Эльза опередила его.

— И перестань дуться, как маленький, — её тон смягчился, но осталась твёрдость. — Тебе уже давно пора понять, что у нас у каждого своя роль и своё место. Мы не можем позволить себе слабости или сомнения. Сейчас — особенно.

Они вышли на улицу. Вечерний воздух был прохладным, фонари уже зажглись, бросая тёплые пятна света на мокрую после дождя мостовую. Где то вдали гудели автомобили, слышался смех прохожих — обычный городской шум, который казался сейчас чужим, далёким.

— Пошли, — повторила Эльза, ускоряя шаг. — Нам предстоит неблизкий путь.

Её слова повисли в воздухе, словно напоминание: впереди — не просто дорога, а начало чего то большего. Чего то, что изменит всё.